Воспитывая не своих: реалии семейных детдомов

Более пяти лет семья Ирины и Виталия Щербаченко из Волчанска Харьковской области воспитывает 11 детей. Старшей девочке — 21 год, а самому младшему ребенку — 9 месяцев. У супругов только одна родная дочь, остальные ребята раньше находились в интернатах и реабилитационных центрах.

Многодетная мать вспоминает, как впервые с супругом задумали взять приемного ребенка. Говорит, дочка надоумила:

«Настя у нас была одна в семье. Все время брала подружек к себе в гости, ей одной скучно. И дня не было, чтобы у нас не находились чужие дети в доме, — улыбается Ирина. — Алена (приемный ребенок, — ред.) была под опекой у бабушки непутевой, и ее забрали в интернат. Насте ее жалко стало, она просила: “Мама, пожалуйста, давай заберем Алену, и она будет моей сестренкой”. С папой поговорили и начали документы собирать…».

Тогда семья опиралась на личные ощущения, просчитывала финансовые возможности, особо не полагаясь на государство. Сегодня же правительство гарантирует поддержку детских домов семейного типа.

Из интернатов — в семьи

Страна взяла курс на реформирование системы институционального ухода и воспитания детей. В августе 2016-го Президент Петр Порошенко одобрил стратегию, согласно которой до 2026 года в Украине не останется детских домов в привычном понимании. Нужно развивать услуги реабилитации и раннего вмешательства, а детям — гарантировать семейный уют. То есть либо найти новых родителей, либо на время поместить ребенка в семейный детдом.

Этот метод должен уменьшить количество социальных сирот в Украине. Пока новая семья ухаживает за малышом, социальные службы решают трудности кровных мамы и папы. В идеале — ребенок возвращается к родным.

uuuu

Данные Министерства социальной политики за 2017 год.

В Харьковской области — 92 детских дома семейного типа

Чтобы открыть подобный детдом, будущие родители-воспитатели проходят 50 часов подготовки по программе Министерства социальной политики. После успешного завершения занятий они получают официальное разрешение: ребенку с ними будет безопасно и комфортно. Семьи находятся под социальным сопровождением. Раз в два года родители повышают квалификацию на курсах центра соцслужб: разбираются в возрастной психологии и педагогике, общаются с детским сексопопатологом.

Специалисты используют индивидуальный подход к каждой семье, отмечает директорка Харьковского областного центра социальных служб для семьи, детей и молодежи Елена Хватынец.

«Делается оценка потребностей семьи и составляется план консультаций на год. По истечении времени соцработники передают в службу по делам детей оценку эффективности существования ДДСТ. Если что-то не так, он может быть расформирован, как и приемная семья», — рассказывает Елена Хватынец.

Сейчас в Харьковской области действует 92 ДДСТ, в них живет 644 ребенка.

заг

скільки дітей вибуло з ДБСТ

подпись

Социальные работники проведывают семью Щербаченко регулярно и называют ее образцовой. В частном доме — порядок. Ирине пришлось оставить работу операционной медсестры ради заботы о младших детях. Ребята маме помогают: один развешивает постиранные вещи, другой — складывает их, третий — разносит по шкафам. На кухне тоже готовят вместе.

«Да вы на них богатеете!»

За домашней идиллией скрывается немало хлопот и нервов. В свое время работники соцслужб придирались к тому, что в одной из комнат нет места для еще одной кровати: «говорили, кубатура не позволяет» иметь столько детей. В этом году удалось достроить комнату для мальчишек. Из семейного бюджета ушло больше 120 тысяч гривен. Благо, отец работает; спасает и большое подсобное хозяйство. Однако, признается Ирина, «детских» денег почти ни на что не хватает:

«Когда мы взяли к себе первых детей, до 2014 года, выходило 400 долларов на ребенка за месяц. Мы по два раза ездили с семьей на море, могли комнату полностью оборудовать новой мебелью, в новой одежде не нуждались. Сейчас получается 100 долларов на ребенка. А цены какие… Вот говорят: “Да вы на них богатеете!”. Мы взяли мальчика десятимесячного. Его питание в сутки стоит 116 гривен за пачку плюс 400 гривен памперсы. На него платят 2800. Скажите, можно ли ради денег его брать?».

Деньги на жилье есть, а жилье?..

Правительство уверяет: нынешняя государственная помощь значительно увеличила количество детских домов семейного типа. В прошлом году субвенция на обеспечение детей-сирот жильем составила 277 миллионов гривен.

«У держбюджеті на 2018 рік на ці потреби виділено 500 мільйонів гривень. Вже другий рік поспіль держава виділяє цільову субвенцію для придбання житла для дітей-сиріт. У минулому році за кошти державного бюджету було придбано 481 соціальне житло (квартира/будинок), де проживатиме 576 дітей-сиріт та дітей, позбавлених батьківського піклування», – отмечает Уполномоченный Президента Украины по правам ребенка Николай Кулеба.

Чиновник добавляет: в 2017 году за деньги госбюджета было куплено 58 зданий для ДДСТ, где может проживать 341 ребенок.

К ремонту жилья для детей-сирот и детей, лишенных родительской опеки, присоединился Украинский фонд социальных инвестиций. Организация распоряжается грантовыми средствами правительства Германии. Областям предлагается определиться, какие помещения нуждаются в обустройстве, и обратиться за финансовой поддержкой.

Консультант Фонда по связям с общественностью Виктор Заблоцкий говорит, что пока к ним никто не обращался.

«У Міністерстві соціальної політики є група управління проектом. І сам проект фінансується з кредитних коштів Світового банку. Наше завдання — відібрати за міжнародними процедурами будівельні компанії, які робитимуть ремонти. Плюс ми також перевірятимемо якість робіт. Зараз ми не знаємо, які області братимуть участь у цьому».

Ежегодная субвенция на жилье — весомый шаг навстречу реформе интернатов. Однако у доброго дела есть очевидные преграды. Координаторка благотворительного фонда «Волонтеры: взрослые — детям» Виктория Тищенко упоминает самую распространенную. Требования государства не всегда выполнимы там, где люди хотели бы создать детский дом семейного типа.

«Деньги выделяются под определенные требования. В сельской местности они технично не могут быть соблюдены. Например, понадобилось купить дом. Детский дом семейного типа — это максимум десять детей, то есть не меньше 200 “квадратов”. Вот покажите мне в сельской местности такой дом на продажу. Это на грани фантастики».

Приемную дочь семьи Щербаченко Алену руководство объединенной громады обрадовало новостью: девочка получит жилье по месту прописки. В их районе на бесплатный дом или квартиру претендует одна сирота. И только один ДДСТ обустроят за деньги субвенции.

Пока чиновники в поиске подходящего помещения. Единственное, что сообщили семье — жилье будет в пгт Белый Колодезь Волчанского района, в 15-ти километрах от нынешнего дома. По закону, подыскать что-то вблизи родных нельзя. Так что семья надеется хотя бы на помощь с ремонтом.

Заниматься родной семьей дешевле, чем приемной

На содержание одного ребенка в детском доме семейного типа полагается два прожиточных минимума (3400 гривен в месяц). Вдобавок родители получают за воспитание «зарплату» — 35% от суммы, которая приходит на всех детей.

КАБМИН ЗАГ

постанова кабмина про деньги

Иметь сотни альтернативных детдомов для государства затратно. Куда дешевле проводить качественное социальное сопровождение семей, не допуская сиротства. Такого мнения придерживается директор украинского представительства Международной организации «SOS Children’s Villages» Андрей Чуприков.

«Стоимость сопровождения одного ребенка в биологической семье — это всего лишь 20 евро в месяц, то есть 600 гривен. Европейские исследования говорят, что один евро, инвестированный в профилактику, затем дает мультипликаторам возврат инвестиций в этого ребенка — 8 евро. В то время, как один евро, инвестированный в альтернативные формы воспитания, дает возврат максимум один евро», — отмечает эксперт.

«Детские деревни» в 135 странах содержат семейные детдома и помогают выпускникам их программы устроиться в жизни. По правилам организации, кроме государственной подготовки, будущий родитель осваивает дополнительные 240 часов обучения. Только после этого приемная семья приступает к своим прямым обязанностям. За каждой закреплена команда из психолога, социального работника и врача. По необходимости подключаются другие специалисты.

В Украине «SOS Children’s Villages» находятся на отдельной территории в Броварах, под Киевом (14 двухэтажных коттеджей по 136 кв.м каждый). В Северодонецке и Старобельске Луганской области дети живут в домах своих опекунов. Продолжается оказание гуманитарной помощи многодетным семьям в Луганске. До войны организация купила и переоборудовала там под нужды людей 14 квартир.

Семейный детдом как исключение

Ребенок находится в ДДСТ до 23 лет, пока учится в университете или в училище. Конечно, за воспитателями всегда остается право продлить срок, если сироте нужно больше времени. При этом организация старается сделать все для максимальной социализации парня или девушки. Молодежь учится составлять резюме, под руководством менторов ищет работу, получает водительские права.

«Если есть возможность унаследовать жилье от родственников, мы помогаем восстановить прежнее место жительства, сделать ремонт», — рассказывает Андрей Чуприков.

Когда своего жилья нет, а квартиру от государства приходится подолгу ждать, предусмотрена программа помощи сироте в покрытии расходов на аренду. Первый год организация оплачивает 70% стоимости съемного жилья, второй год — 50%, третий — 30%.

«Я считаю, что ДДСТ должны быть крайней мерой. Нужно менять подход в развитии приемных семей, проводить качественное сопровождение, а ДДСТ сделать как исключение для больших семейных групп, когда у сироты есть родные братья и сестры», — полагает Чуприков.

По его словам, за границей в приемной семье размещается одна семейная группа. Дети от разных биологических родителей не живут в одной среде, как это происходит у нас. Исследования показывают, что отношения в таких семьях значительно лучше.

Ребенок всегда может найти других родителей

Несмотря на весь позитив существования детских домов семейного типа, в приоритете — усыновление. Родители-воспитатели предупреждаются: в любой момент у ребенка может появиться приемная семья, или же кто-то из родственников одумается и заберет чадо к себе.

Соосновательница Харьковского клуба приемных родителей Алла Ачасова наслышана о подобных историях и считает их тяжелыми для детской психики:

«Знаю случай, когда усыновители пришли в семью, а ребенок уходить не хочет. Кричит, просится к приемной маме, гулять идет только с ней… В конце концов женщина-усыновитель уехала, а у ребенка — психологическая травма», — вспоминает Алла.

В кризисной ситуации за малыша до восьми лет его судьбу решает социальный работник, продолжает Ачасова. Именно специалист фиксирует, установлен ли контакт с воспитателями, либо ребенок хочет к другим (возможно, родным) людям.

Харьковский клуб приемных родителей проводит встречи каждый месяц. Организаторы все еще ждут новых участников. В группу приглашаются семьи, уже усыновившие ребенка, и те, кто еще раздумывает. На занятия приходят психологи, консультирующие в сложных ситуациях. Есть запрос и на общение с юристами.

В чем уверены слушатели клуба — ребенку в закрытом учреждении не место.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

«Експерти ставлять реформам вищу оцінку, ніж пересічні громадяни. Але вона все одно нижче трійки»

«Студенческая республика»: цель, программа, ценности

От «обязаловки» до мотивации: что нового в обучении педагогов

В Харькове появилась Библия для незрячих детей

Метро и шахматы: кто играет в клубе на «Госпроме»

опубликовано

17 апреля 2018

текст

Алена Нагаевщук

фото

Игорь Лептуга

просмотров

1378

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: