Аварийное наследие. Сохранить нельзя разрушить?

В прошлом году Министерство культуры потратило 186,8 миллионов гривен госбюджета на сохранение историко-культурного и архитектурного наследия. При этом бесхозных зданий и заброшенных усадеб меньше не становится.

Чиновники на местах твердят одно: нужно вовремя проводить ремонты, но денег традиционно не хватает. Поэтому большинство исторических объектов приводятся в порядок за счет арендаторов или собственников. А это вопрос личной ответственности владельца.

Казалось бы, спасение культурного наследия в таких условиях — утопия. Но харьковские активисты, историки, архитекторы, юристы и медийщики объединились в защиту памятников.

Участники проекта «Ctrl+S. Захисти майбутнє» выясняют, как и почему уничтожается культурное достояние Киева, Днепра, Ужгорода, Львова, Ивано-Франковска, Одессы, Полтавы, Запорожья, Сумской области и Харькова.

Фильм — дискуссии — поправки в закон

Команда исследует хронологию разрушения более 180 знаковых объектов Украины. Работа проходит в несколько этапов: готовится документальный фильм, одновременно данные о разрушениях анализирует юрист.

Важную роль организаторы проекта отводят общественным дискуссиям. После показа фильма в перечисленных городах планируются встречи с местными жителями и активистами. Нужно понять, где в законах и подзаконных актах есть «дыры», которые позволяют чиновникам и владельцам пренебрегать зданиями. Собранные предложения по правкам в Закон Украины «Об охране культурного наследия» и другие сопутствующие документы активисты передадут в Верховную Раду.

В чем вообще проблема сохранности памятников?

Внимание харьковчан к городской среде возросло на волне истории с «одороблом». Люди не позволили горсовету установить на площади Свободы спорный монумент. Координаторка проекта «Ctrl+S. Захисти майбутнє», правнучка архитектора Алексея Бекетова Елена Рофе-Бекетова признается, что этот случай побудил ее друзей и коллег встать на защиту памятников архитектуры.

DSC_1397

«Я всегда понимала важность сохранения культурного наследия, но не понимала глубины проблемы и не ожидала, насколько просто все это можно разрушить», — говорит Елена.

Позже обнаружилось, что у Харькова нет историко-архитектурного опорного плана города. С помощью документа было бы проще защищать историческую среду. План определяет зоны, где разрешается строительство и где есть ограничения. Его отсутствие развязывает руки недобросовестным застройщикам.

Под видом реконструкции частники на свое усмотрение изменяют внешний вид зданий, ставя под угрозу их сохранность. Бывает и хуже: ценные объекты незаконно выводятся из государственного реестра памятников архитектуры и теряют охранный статус.

Архитектура и коррупция

Схемы в регионах похожи: чиновников мэрии подкупает малый или средний бизнес, получает желаемое здание, никак им не занимается, дом ветшает. Затем на его месте появляется магазин или новострой.

DSC_7316-10

«Интересно, что у каждого города своя история, исходя из специфики мэрии. Во львовской — есть конкретные акты, ответственные люди, которые отвечают за правильную реконструкцию. Там есть община, которая борется за свои памятники. Если мы возьмем Ивано-Франковск, то там несколько домов разрушили, и мэрия считает, что все нормально. Прокуратура ведет какие-то дела, но там, конечно же, ни подозреваемых, никого», — рассказывает юристка проекта Елена Купина.

«Это специальная штукатурка, она должна отваливаться»

Если в Харькове общественникам было понятно, с кем из экспертов консультироваться для фильма, то в других областях найти незаангажированных активистов оказалось сложнее.

DSC_1389

«Нам рекомендовали одну организацию в Ивано-Франковске, но мы их вычеркнули, потому что узнали: это “ручная” группа одного из местных депутатов. Он продолжает дело своего отца, захватывая здания под видом реконструкции», — объясняет режиссер картины «Зберегти не можна зруйнувати» Павел Сироменко.

По его словам, опрошенные специалисты говорят о неосведомленности людей, которые занимаются реконструкцией или реставрацией. В итоге деликатная работа превращается в банальный евроремонт.

22555980_1471089243011968_1535709684_o

Разбираясь в историях построек, сценаристы стараются добиться комментариев от местных властей.

«В Одессе нам сказали, что это у них такая технология, что все опадает, рушится. Так задумано. Это специальная штукатурка, она должна отваливаться», — делится впечатлениями режиссер.

Другая проблема — к памятникам культурного наследия применима лишь реставрация. Только этот вид работ — дорогостоящий. Чаще всего владельцы зданий не утруждают себя покупкой аутентичного дерева, камня, строительной химии, которая «реанимирует» дом.

DSC_1380

«Реконструкция — это изменение конструктивной системы здания. В памятниках, кроме того, что есть явные элементы (окна, двери, интерьеры), есть всевозможные конструктивные элементы, которые тоже являются очень важными. Это отражение строительной эпохи, технологий того времени, достижений цивилизации», — объясняет архитектор-реставратор Екатерина Кублицкая.

Что увидят зрители фильма?

В Харькове команда «Ctrl+S» занимается бесхозными особняками, доходными домами и мануфактурами.

«Например, мануфактура Ржепишевского — здание уникальное. Это чикагский модерн. У нас примеров такого индустриального модерна нет, — продолжает Екатерина. — Это второе в Харькове здание из монолитного железобетонного каркаса. Железобетон в то время только входил в обиход, был экзотическим».

Опустевший киевский Гостиный двор, руины дома Цирила Фунданича в Ужгороде, дворец Потоцких в Ивано-Франковске, аварийный дом Руссова в Одессе, больница Красного Креста в Днепре — места, где уже побывала съемочная группа.

22561365_1471436966310529_1369279458_o

22561325_1471436972977195_438940472_o

Культурное наследие не только в центре

Две волны индустриализации оставили отпечаток на структуре Харькова. Помимо центрального исторического ареала, у нас есть заводские территории, окраины (районы ХТЗ, Красного Луча, универмага «Харьков»). Их архитектуре также уделяется внимание в фильме.

«Мы проведем воспитательную работу со зрителем, чтобы человек, когда спешит по своим делам, остановился и просто огляделся», — говорит Павел Сироменко.

Не все так плохо

Рядом с безграмотным использованием наследия важно показывать позитивные примеры. Скажем, в Запорожье местное ОСМД беспокоится о сохранности жилых домов эпохи модернизма. Речь идет о рабочих поселках. Их создавали архитекторы из Москвы, для которых Запорожье было подобно Италии. Необычное восприятие украинского города отразилось на стиле построек.

Ради чего спасать?

Роль эстетики здесь понятна: смотреть на ухоженные старинные здания всегда приятно. Кроме того, отреставрированные дома могут стать точками притяжения для туристов, становясь небольшими гостиницами, кафе, лофтами. А туристический поток — это дополнительные финансы в городскую казну, считает Елена Рофе-Бекетова.

Приезжая в Харьков, любой человек — будь то турист или потенциальный иностранный инвестор — должен понимать, что он попал в европейский город, где уважают культурное наследие. Это формирование имиджа региона, — отмечает Рофе-Бекетова.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

Победа «евроблях» в суде

The 4th Block: дети и экология

Про виборчу реформу на «ІІІ Форумі десятиліття»

Что делать, если попасть к водоему мешает шлагбаум или чужой забор

Генеральная репетиция миланской оперы La Scala

опубликовано

25 октября 2017

текст

Алена Нагаевщук

фото

Игорь Лептуга, Инна Роменская

видео

Медиапроект «Накипело»

просмотров

1337

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: