Харьков архитектурный, или Как полюбить разруху

Изучать харьковский Подол с высоты восьмого этажа — означает видеть сразу несколько десятков лет, выстроенных в одном месте. Вразнобой, смешано, выше, ниже. Вот тебе разрезающая небо колокольня Успенского собора, вот — грозный дом со шпилем, а по вон тем верхушкам зданий понимаешь, что где-то внизу — площадь Павловская. Чуть ближе, за чертой Подола, — склоняет голову фигурная крыша цирка, намного дальше — совсем крошечной кажется Холодногорская церковь.

Я еще не привыкла к такому контрасту высот и стилей. А раньше могла только мечтать перед сном, оглядываться в окно, как будто проверяя, все ли на месте, все ли так же красиво.

Влюбленности в архитектуру можно научиться. Начинается все с заинтересованности, как между людьми. Кстати, окружающие могут не понимать ваш выбор. Мое близкое знакомство с архитектурой старого Харькова началось с руин. Как сейчас помню: тыльная сторона заброшенной, до ужаса аварийной «Крыши мира». Попытка пройти наверх, —  но увы, сложно ступать по лестнице, когда каждой второй ступеньки нет.

Затем негодование из-за недостатка информации в Интернете об анатомическом театре за синагогой направило в читательский зал Короленко — пролистывать советские газеты и книжки. Это был первый случай, когда в библиотеку я пришла по своей воле.

Отношения постепенно крепли, объектов симпатии становилось больше. Гуляя по городу, уводила друзей на Дарвина, приезжим гостям показывала мистический дворик Митасова, встречи назначала в районе доходных домов, а одинокие прогулки проходили вдоль улицы Ольминского. Покидать тихий центр категорически не хотелось.

Вдруг появилось ощущение серьезности чувств. Бездумное (почти) лазанье по заброшкам и недостроям сменилось наслаждением от разглядывания, прикасания к памятникам архитектуры. Минутного пребывания рядом со зданием становилось достаточно, чтобы полюбить его, а потом с придыханием в голосе рассказывать о первом знакомстве.

Эту ветхую усадьбу за железной оградой надежно заслоняют ветки деревьев. К своему стыду, я никогда не была по ту сторону забора, а только ненадолго останавливалась напротив — глянуть на старенький фасад. И как-то свыклась с мыслью: да, дом почти разрушен, да, никто им не занимается. Но ведь стоит, не рассыпается, его не сносят. Любоваться им все еще можно. Но как долго?

В июле началась моя переписка с Департаментом градостроительства и архитектуры. Ведомству принадлежит распоряжение о выводе этого исторического объекта из государственного реестра памятников архитектуры.

В 80-х годах дом харьковских дворян Мигриных исполком признал памятником местного значения. А почти через 30 лет вполне еще сносное здание лишилось охранного статуса за подписью экс-главы Харьковской обладминистрации Арсена Авакова.

Последовал логичный вопрос: чем домик-то не угодил? Нашлось историко-градостроительное обоснование, подготовленное по заказу частной фирмы. Сегодня такого предприятия уже нет. Зато документы остались. Конечно, оценивать их корректность я не берусь, но даже неспециалист заметит, что аргументация хромает.

На бумаге все законно, а на деле — факты подтверждают обратное. Ситуация грустная и, кажется, совсем безвыходная. Но! В моих руках появляется “козырь” — ответ Министерства культуры на запрос Ирины Гончаровой, правнучки историка-краеведа Дмитрия Багалея. В письме указано, что обладминистрация не уведомила профильное ведомство о своем решении, чем нарушила закон.

Пока это единственный случай в моей журналистской практике, когда на публикацию обратила внимание прокуратура (предварительно — служебная халатность должностных лиц обладминистрации и исполнительного аппарата облсовета).

Идеальный сценарий развития ситуации мог быть таким: городские власти заморочились и направили в Киев учетную документацию об усадьбе на улице Свободы,35 (со всеми паспортами и оценками состояния памятника), описание, по их мнению, неценности особняка; экспертная комиссия ознакомилась с информацией и вынесла вердикт. Процедура стандартная как для исключения зданий из госреестра, так и для внесения их в список.

А здесь что-то пошло не так. Все, что удалось выяснить, «Накипело» опубликовал с подробным описанием мнений обеих сторон. На руках у меня два документа: позиция местного департамента и противоположные, вполне убедительные данные Министерства. А давайте-ка чиновники познакомятся с ответами друг друга? Кто из них прав?

Мы направили в ведомства обе копии для сравнения.

Начальник Департамента градостроительства и архитектуры Михаил Рабинович в разговоре о памятниках с ходу стал жаловаться на трудности в работе: мол, как только перешел на эту должность, пришлось много чего разгребать. Поэтому не удивительно, что программы памятникоохранной сферы в области нет, что все постепенно рушится, а общественность волнуется. Да и без денег «сверху» на местах мало что получается делать.

О ситуации с усадьбой чиновник сначала то ли сделал вид, что ничего не понял, то ли искренне не знал. Показательно, на камеру, Рабинович звонит подчиненной, чтобы узнать, получил ли департамент мой запрос и почему разъяснений все еще нет. Слышу из телефона женский оправдательный тон, сотрудница тараторит, Рабинович понимающе кивает головой. Ответ ожидаемый — его нет. Теперь делом занимается прокуратура, и от комментариев чиновники воздерживаются.

Спустя месяц получаю письмо из Министерства культуры. Согласно всем документам дом на улице Свободы, 35 до сих пор памятник архитектуры (!) местного значения. И только в Харькове заброшенное здание никакой ценности не представляет.

Ну, как не представляет. Бесхозное помещение — нет, а вот земля в центре города, на которой оно стоит, — это другое дело, прибыльное. На одной из сессий горсовета депутаты изменили целевое назначение участка, и теперь там может появиться многоэтажка. О сносе дома речь не идет, но все мы представляем, какого размаха ожидается строительство. Маловероятно, что здание выстоит.

Сейчас прогуливаюсь около усадьбы с совсем другими ощущениями: тревоги и озлобленности на виновных. Как будто очень дорогой друг попал в опасность из-за несправедливости. Фигурная ограда скрывает за собой не просто милый ветхий особнячок. Стенам, крыше, бетонным ступенькам, перилам (черт, похоже, одной части уже нет) и палисаднику более 100 лет. Разве это не говорит о ценности?

Мой ежедневный маршрут пролегает через восемь памятников архитектуры, и это как минимум те, о которых я знаю. Они словно излучают дух минувшего времени и так удивительно гармонично сосуществуют с новыми, иногда откровенно ни_к_селу_ни_к_городу построенными домами.

DSC_3556

Иду и понимаю, как изменились чувства к этому городу, к каждому месту с историей, мировой и лично моей. Полюбить руины — значит вскоре научиться ценить и целое. И это то, что совсем не хочется наблюдать разрушенным.







Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

«За три года Украина провела реформ больше, чем за предыдущие 20 лет», — посол США

Совсем немного об усадьбе в Тростянце

Сессия без депутатов: полиция начала проверку

Джемы, круги, батлы: в Харькове пройдут соревнования по брейк-дансу

Недостаток специалистов — валковцы назвали главную проблему здравоохранения района

опубликовано

10 сентября 2017

текст

Алена Нагаевщук

фото

Игорь Лептуга

видео

Виктор Пичугин

просмотров

668

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: