«Я и мои товарищи не готовы были стрелять в безоружных людей»

Прошло два года со времени самого драматического этапа противостояния майдановцев и силовиков в центре Киева. 20 февраля 2014 года стало апогеем борьбы украинского народа против режима Януковича. Цена победы оказалась высокой. Вопросов без ответов о событиях тех дней огромное множество. Сегодня ребята, которые носили форму и были участниками тех событий, хотят рассказать о пережитом, не желая мириться с ролью предателей.

Николай, сегодня боец спецподразделения Национальной гвардии, в прошлом сержант Внутренних войск, один из тех, кто готов честно и открыто говорить о том, что видел, знал, чувствовал в те дни.

Я служил в спецподразделении ВВ, которые в тот момент должны были выполнять функции по защите общественного порядка. После выхода на Майдан студентов подразделения со всей Украины получили приказ выдвинуться в Киев на охрану общественного порядка. Нам поставили задачу заступить на охрану резиденции президента в Межгорье.

У Вас было оружие?

Могу сказать, что до этого мы стояли с так называемыми «витражами» (это щиты) и резиновыми палками. А 18-го, когда нам объявили, что на Майдане есть погибшие правоохранители, в частности бойцы ВВ и «Беркута», нам выдали боевое оружие. Нас, конечно, накручивали, рассказывали, что протестующие убивают правоохранителей, милиционеров.

Вы понимали, что возможно придется стрелять?

Скажу только о себе, я не могу судить о других. Естественно, я понимал, что защищать страусов или саму резиденцию — это бессмысленно. Ради этого стрелять в людей — сумасшедший бред. Я это понимал. С другой стороны, я понимал, что нам выдали боевое оружие, и согласно закону Украины, если на мою жизнь будут посягательства или на оружие, которое никто не имеет права у меня забрать, я буду защищаться. Потому что это чревато последствиями, в первую очередь, для меня.

О чем думали?

На тот момент только об одном — чтобы все это поскорее закончилось, чтобы политики договорились между собой. Мы прекрасно понимали, что мы один народ и нам нечего делить. Но агрессия порождает агрессию. А то, что агрессия на тот момент была с двух сторон, — это факт. Его нельзя отрицать. Три месяца бессмысленного стояния на морозе вымотали всех. Я конкретно могу сказать о себе и своих товарищах. Мы не готовы были стрелять в безоружных людей. Мы потом уже видели картинку на Майдане. Четко видно, что стреляли в безоружных людей. Кто стрелял, я не могу сказать. Не знаю.

А дальше…

Был приказ покинуть город. Все войска уже вышли из Киева. И что характерно, именно наше подразделение уходило уже неорганизованно, а врассыпную, сдав оружие, сняв форму.

Не было желания перейти на сторону боевиков?

Никогда. В нашем подразделении никто так даже не думал. Вы же понимаете, какое у нас было настроение. Нас, грубо говоря, три месяца гнобили. Несмотря на то, что это морально угнетало, все прекрасно понимали, что мы давали присягу украинскому народу и дальше должны выполнять свой долг. Любого военного, я считаю, должно задеть за живое, когда ты видишь, что делают с флагами твоей страны. А в начале марта нас отправили в Донецк с теми же «витражами» и палками охранять Донецкую ОГА. Мы ехали туда с настроением, что там люди тоже имеют право выразить свою точку зрения. Тем более, мы еще не знали, что там происходит. Плюс то, как нас там встретили.

Как героев?

Да. Они говорили, что мы герои. И тут именно для меня произошел переломный момент в осознании происходящего, когда я увидел, что ходят не наши, а совсем непонятные люди с российскими флагами. На моих глазах опускают флаг Украины, причем вытирают об него ноги, рвут и вешают флаг другого, пусть и дружественного на тот момент государства, — это же бред. Для меня это стало просто шоком.

Почему же тогда Вы допустили захват Донецкой ОГА?

Мы приехали для усиления местной милиции. Там было свое руководство. Нам приказали просто стоять, не вмешиваться и не говорить, кто мы и откуда. Да, были моменты, когда поступали приказы о задержании отдельных людей. Я лично задержал человека, который с российским флагом вел активную пропаганду. А он оказался гражданином РФ. И таких было очень много. Мы их задерживали, передавали местной милиции, а та их отпускала. Мы поняли, что они не будут держать этот город, они его просто сдадут. Как человек военный я видел, что там искусственно расшатывали обстановку. Честно сказать, местные люди не очень то и велись на это. Они продолжали жить своей жизнью. Только митингами они бы не смогли ничего сделать. Толчок дали события в Краматорске и Славянске. Та сторона пошла на радикальные меры. После захвата милиции оружие раздавали, скажем, не самым лучшим представителям общества. Понятно было, что на них делают ставку. Честно, я еще на Майдане понял, что так будет. Россия просто так не отпустит Украину. По многим фактам было понятно, что будет война.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

Как городская инклюзивность помогает отдыхать

Отцы получили такие же права на ребенка при разводе, что и матери

Активисты выяснили, куда девает деньги «убыточное» метро

«Икона памяти»: семья погибшего воина АТО получила барельеф

Родные пленных получат более 37 тысяч гривен

опубликовано

3 марта 2016

текст

Виктория Меженина

просмотров

468

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: