Андрей Дидик: «Появления Дани на свет мы ждали сутки и также сутки он уходил»

Одноклассники 15-летнего Даниила Дидика, который год назад был смертельно ранен осколками мины во время теракта 22 февраля, заканчивают учебу, его друзей постарше призвали на срочную службу в армию, а 4-летняя обожаемая им сестричка Ника все ждет брата домой, считая, что он куда-то уехал. В интервью медиапроекту «Накипело» отец погибшего школьника Андрей Дидик рассказал, почему сын пошел на митинг, кто поддержал их семью и других раненных, а также кого он винит в случившейся трагедии.

Андрей, Вы с женой знали, куда собирался Даня в тот день?

О том, что в воскресенье возле Дворца спорта будет митинг, мы не знали. Даня собирался ехать с нами за покупками, но узнав, что мы поедем в 11 часов, взял список продуктов, купил необходимое и убежал. В тот день Даня, уходя, сказал, что встречается с другом. Это была правда: он встретился с другом возле Дворца спорта, у кинотеатра «Киев», где мы раньше жили, а потом они вместе пошли на митинг. Даня рассказывал нам о своем участии в подобных мероприятиях уже после того, как они прошли — очень бережно относился к нам, зная, как мы нервничаем и переживаем за него. Но у него была достаточно активная позиция. Когда в Харькове в 2014 году начали появляться флаги и значки «ХНР» на столбах, он с друзьями ходил и зарисовывал их желто-голубыми флагами.

Как Вы узнали о том, что в городе произошел теракт?

Когда в новостях прервали репортаж прямой трансляции из Киева и сказали, что в Харькове произошел взрыв в центре города на мирном митинге, но данных, что там есть погибшие, пострадавшие, пока нет. Я сразу почувствовал, что с Даней что-то случилось, начал ему звонить, но телефон уже не отвечал. Минут через 20 позвонил его друг и сказал, что у Дани тяжелое ранение головы и его увезли в 4-ю «неотложку». Мы сразу же поехали туда. В больнице были два Даниных друга, которые приехали с ним на «скорой» и не отходили от реанимации те сутки, что сын боролся за жизнь.

Что Вам рассказали друзья Дани, как все произошло?

Даня шел в начале колоны слева, ближе всего к эпицентру взрыва. Когда прогремел взрыв, не все сразу поняли, что произошло. Было много раненых. Я видел Даню, когда его увозили на МРТ, на операцию на 7-й этаж, но в реанимацию меня не пустили, потому что там находился маленький ребенок из Донецкой области и был введен карантин. Разрешили зайти позже, когда у Дани остановилось сердце. Потом, когда я уже ходил забирать результаты вскрытия, судмедэксперт сказала: «Извините, но я должна вам это рассказать» и разрыдалась. Один из поражающих элементов мины прошел насквозь и раздробил кость на множество мелких осколков, которые практически невозможно было достать.

У жены схватки начались на 8-м месяце, а для мальчиков этот срок очень опасный. Рожала практически целые сутки. Когда Даня появился на свет — не закричал и его отнесли в реанимацию. Врач-акушер начала готовить меня тогда к худшему варианту. Несмотря на то, что было 11 часов вечера, я сел в машину и поехал в церковь, но она была закрыта. Встал на колени перед храмом и молился, а когда вернулся в больницу, узнал, что сын в 11 часов закричал и все уже хорошо. Он сутки рождался и так же сутки уходил….

Вам кто-то помогал в больнице, организации похорон?

В больнице я полностью сам все оплачивал — нам главное было спасти сына. С похоронами нам очень помогли: оплатили ритуальные услуги и не давали ничего делать. Деньги собирали и в школе, где учился Даня, и родители детей, с которыми он дружил, волонтеры, соседи, друзья и просто неравнодушные люди. Помощь, которую мы получили в обладминистрации (15 тыс. грн), и деньги мецената (50 тыс. грн) передали ребятам, раненным во время теракта. Ими наше государство вообще не занималось. Операции пострадавшим по извлечению осколков, которые сильно беспокоили ребят, — заслуга врачей института неотложной хирургии и волонтера Алены Соловьевой.

На похоронах Дани организаторы митинга говорили, что они добьются, чтобы областные власти ответили за бездействие и халатность… Но, получив через неделю должности советников губернатора, забыли об этом. На данный момент я не знаю ни одного уголовного дела, которое завела бы прокуратура о преступной халатности и несоблюдению мер безопасности на массовом мероприятии. На похоронах представителей власти никого не было. Только перед Новым годом мне позвонили, чтобы отдать Данин орден. При том, в отличии от взрослых погибших, изначально ребят — Даню и Колю — никто не наградил. Я долго пытался узнать — почему? Писал письма. Наверное, если бы я активно этим не занимался, никто бы детей не наградил. А ведь этот теракт был направлен против патриотически настроенной молодежи — это есть в показаниях дела.

После теракта местная власть обвиняла в случившимся организаторов, а те в свою очередь — местную власть. На Ваш взгляд, можно ли было избежать трагедии?

Это мероприятие было согласовано практически за месяц. И заранее, за 3–4 дня было известно, что существует угроза теракта, в то время они происходили достаточно часто. СБУ предупреждала губернатора, что, если будут проводить два митинга одновременно, у них недостаточно возможностей, чтобы обеспечить безопасность обоих мероприятий.

Вопрос даже не в том, что был ли согласован марш, важно то, что не обеспечили безопасность даже самого митинга. Никто не знал, сколько человек туда придет. Если бы было в 2–2,5 раза больше людей, то никуда идти не нужно было бы — мина находилась бы в центре митинга. И пострадало бы гораздо больше человек, если бы не появилась «Газель» — она взяла на себя большую часть взрыва и спасла жизни десяткам человек. В мине, которую заложили, около 200 поражающих элементов. По замыслу, пострадавших должно было быть не менее сотни.

Силовики ведь накануне просили не устраивать шествие, а провести только митинг…

Но, тем не менее, областные власти ничего не сделали, чтобы запретить мероприятие. И более того, большинство правоохранителей забрали с митинга у Дворца спорта и направили на тот, что проходил в центре города. В итоге, на маршала Жукова безопасность марша обеспечивали 200 милиционеров, но не было ни одного взрывотехника. В то время как в центре на митинге было более 3000 различных силовиков, включая взрывотехников. У меня есть материалы дела, а в нем документы и показания свидетелей. Если бы взрывотехники были на митинге, то они бы проверили периметр, но никто ничего не проверял.

Подозреваемых в преступлении задержали достаточно быстро. У Вас нет сомнений по поводу того, что теракт совершили они?

Я не сомневаюсь, что те, кто сидит на скамье подсудимых, организовали теракт. У них защита, которая сознательно затягивает либо срывает слушания. Стараюсь быть на всех заседаниях, пропустил несколько по объективным причинам. Имущественные иски я не подавал...

Они пытались просить прощение?

Нет. В начале рассмотрения дела, виновато отводили глаза, но после появления адвоката Шадрина стали чувствовать себя достаточно вольготно, доводят родных погибших до эмоциональных срывов. Не брезгует этим и Шадрин.

Даня учился в школе для одаренных детей: чем он увлекался, о чем мечтал?

В эту школу мы его перевели из бизнес-гимназии после 3-го класса. Увлекался спортом, очень любил футбол, борьбу, плаванье, был фанатом ФК «Металлист». Одно время хотел быть кадетом, но потом все-таки продолжил учебу с классом — он у них очень дружный. Легко давались иностранные языки.

Вы обсуждали политические темы в семье, дискутировали?

Естественно, когда происходят такие события в стране, это обсуждается дома. И Даня активно участвовал в обсуждениях, высказывал свое видение, говорил достаточно взрослые вещи и нам, и когда приходили гости. Я знал, что Даня — очень смелый парень. Думаю, что в большинстве патриотических мероприятий, маршах, он участвовал. У него кроме ровесников много друзей, которые были его старше. Он очень любил Украину и Харьков. У нас патриотичная семья, и школа у Данила замечательная.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

«Як тільки людина виходить на пенсію, то має втрачати право голосу», — ветеран АТО

Дудка-волосянка, или Мой 97-й

Что мы знаем об украинских городах

Кочевники. Харьков как выбор и дом

Жена одного из выдворенных российских дипломатов не покинула Украину

опубликовано

18 февраля 2016

текст

Надежда Шостак

фото

Игорь Лептуга

видео

Роман Даниленков

просмотров

3348

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: