Переселенцы Олег и Любовь Скоробогатых: «Мы решили помогать другим»

Активисты пункта «Станция Дана» в поселке Купянск-Узловой (районное отделение «Станция Харьков») Олег и Любовь Скоробогатых бежали от войны на Донбассе в июле 2014 года. На тот момент в их родном городе Селидово не было боевиков, но рядом, в соседней Карловке, шли бои. Супруги, которые ждали появления на свет второго ребенка, в одночасье собрали вещи и выехали вместе с дочерью-старшеклассницей в Харьковскую область.

Сложно ли вам было выехать из зоны АТО?

Олег Скоробогатых, юрист пункта «Станция Дана» в поселке Купянск-Узловой, районное отделение ОИ «Станция Харьков»:

На сегодняшний день наш город Селидово не оккупирован, но первоначально там тоже провозгласили «ДНР». Представьте, Любовь — на седьмом месяце беременности, в городе были очень большие проблемы с водоснабжением, а по соседству, рядом с Карловкой, шли активно боевые действия. Подумали, и решили уезжать. У нас были знакомые в Великобурлукском районе. Ехали, думали, что побудем здесь пару месяцев, пока родится ребенок. Как и все надеялись, что все это скоро кончится, и мы вернемся домой.

Любовь Скоробогатых, руководитель пункта в поселке Купянск-Узловой «Станция Дана», районное отделение ОИ «Станция Харьков»:

За три дня до того, как мы уехали старшая дочь Катерина, увидев на улицах танки, пришла в шоковом состоянии и спросила: «Мама, что, правда, война?». Она не могла прийти в себя… Я до декрета работала в магазине. Когда бомбили Карловку, такой же шок испытала и я, когда человек забежал весь в крови и сказал, что их там обстреляли. Одно к одному: подпрыгивания на кухне со столом и стулом, по ночам подскакивали, когда что-то летело. Было довольно-таки страшно. Мы резко приняли решение и уехали. К тому же ближайший роддом находился за 100 км.

Как обосновались на новом месте?

Олег: Изначально мы приехали в Великобурлукский район к знакомым, но он очень сельскохозяйственный. Я юрист по образованию. В Селидово работал в милиции. Когда узнал, что в Купянске есть подходящая вакансия, устроился в банк на службу безопасности кредитных операций. Сняли там жилье. На тот момент как приехали, квартиры подорожали, но еще можно было снять. Нам очень повезло с хозяйкой. Был один момент, когда мы думали съезжать, но нам на половину уступили по арендной плате и уговорили остаться — боятся кого-то незнакомого пускать. Здесь родилась младшая дочь Мария, которой сейчас 1 год и 3 месяца.

С какими проблемами столкнулись?

Олег: Пошли в управление труда и соцзащиты зарегистрироваться, чтобы получить «справку переселенца», а Любе отказали, так как на тот момент наш родной город уже не считался оккупированной территорией. Однажды нам посоветовали съездить в Харьков и получить в качестве помощи памперсы, а заодно там и переговорили с юристом по поводу справки. Затем жена начала общаться с волонтерами из Изюма, которые предложили гуманитарную помощь. Так и закрутилось. Тогда о волонтерстве даже речи не шло. Просто решили вместе организоваться, чтобы получать гуманитарную помощь. Потом, когда увидели, сколько здесь переселенцев… Поначалу думали, что 30 человек — ой, как много. Сейчас у нас только зарегистрировано более 1300 человек в центре, которые на постоянной основе получают помощь.

Любовь: Когда я после консультации юриста «Станции Харьков» получала справку переселенца в Купянске, повстречала там других переселенцев, которым, как и мне, не хотели давать эту справку. Я начала консультировать людей, и у них тоже получилось оформить этот документ. Дальше нас случай свел с Мариной Алферовой из Изюма. Она предложила собрать семьи переселенцев и привезти для них гуманитарную помощь, хотя бы около 10. С этого все и началось.

Как сами стали волонтерами?

Олег: Если говорить в двух словах: мы столкнулись с проблемами и у нас получилось их решить, мы решили помочь вначале знакомым переселенцам, которые рядом с нами жили. Потом появилась «Станция Харьков», которая поддержала и нас, и всех переселенцев, потому что в Купянске никто не занимался плотно подобными вопросами — особенно юридической и психологической помощью. У многих была просто безысходная ситуация поначалу: пошли оформлять необходимые документы, у них не получилось и люди опустили руки. Многие даже возвращались в зону АТО с детьми во время ведения активных боевых действий, потому что не было никакой поддержки и некуда было обратиться.

Любовь: Вначале переселенцы между собой не общались. Чтобы собрать людей, я обратилась в Купянский собес, где мне сказали: «Дайте телефон, мы сами позвоним в Изюм». Естественно, они никуда не позвонили. Бессонная ночь. На следующий день иду в нашу детскую больницу и прошу списки, кому нужна помощь. Поясняю, что волонтеры привезут памперсы, продукты. В первый раз удалось собрать 32 семьи. Это был март 2015-го. Снова обратилась в наши местные органы власти, чтобы выделили помещение. Нам отказали. Потом обратилась в нашу ЦКБ, где главврач Виталий Викторович на первое время выделил нам кабинет. Позже нашли погорелое помещение, поговорили с хозяйкой, и она пустила нас. Сами делали ремонт. Когда появилось финансирование «Станция регион», смогли найти более подходящее помещение.

На какую помощь могут рассчитывать переселенцы в вашем центре?

Олег: Специфика Купянска в том, что там очень много людей престарелых, инвалидов, которые не могут уже работать, но считают, что в маленьком городке будет легче жить. У нас процентов 70 переселенцев — с льготными категориями. Они не могут ездить в Харьков получать гуманитарную помощь, потому что это очень далеко. Кроме того, в нашем центре есть и детская комната, и комната для тренингов, мастер-классов. Самый больной вопрос — медицина. Здесь больше сказывается отсутствие государственного финансирования. Медицина — дело дорогое, а у людей зачастую просто нет денег на лекарства. По возможности направляем в Харьковскую областную больницу.

Любовь: Сейчас можем вместе оказывать комплекс услуг, в том числе и по работе с детьми. Как-то Марина пригласила в Изюм послушать программу для психологов. Втянулась. Начала все осмысливать после 2 дней тренингов. Когда вернулась, сказали, что меня подменили. Я с детьми общаюсь на равных — мне с ними легко и просто. Особенно с чужими. Да и сама работа с переселенцами, которые после бомбежек. К ним определенный подход нужен. У всех переселенцев психологические проблемы. Когда им предлагаешь поговорить, все упираются. Говорят: «мы — не психи», «мы — не больные». Потом, когда проходят тренинги, втягиваются, особенно мамочки. Также мы помогаем искать жилье переселенцам. Нас знают местные жители. Если кто-то сдает дом или квартиру, то приходят к нам. Такая маленькая биржа недвижимости.

Планы на будущее...

Олег: Очень рассчитываем на продление проекта «Станция регион», в противном случае нам опять нужно будет искать помещение. Чтобы совмещать волонтерскую деятельность, нашел немного другую работу с более свободным графиком. Каждый день нахожусь в центре с 11.00 до 16.00. Сейчас занимаемся юридической помощью населению, в частности и переселенцам. К тому же новое руководство Купянска наконец-то нас услышало. Обещают помощь, всевозможное содействие в наших начинаниях и плодотворное сотрудничество.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

Активисты вышли в защиту прав жителей неподконтрольных территорий

Подозреваемая в ДТП на Сумской отказалась давать показания

ДТП на Сумской: что известно (обновляется)

Как городская инклюзивность помогает отдыхать

Аукцион «Допомога родинам заручників». Фоторепортаж

опубликовано

2 февраля 2016

текст

Надежда Шостак

просмотров

532

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: