Об известном писателе и флагах «во днях торжественных»...

Однажды при работе с описями фондов Харьковского архива наткнулся я на один документ. Название его меня крайне заинтересовало, и я его заказал. Дело, которое пришло, оказалось весьма интересного и даже веселого содержания. Но тогда я даже и подумать не мог о том, что автором прошения господину начальнику Харьковской губернии был не рядовой местный патриот или сумасшедший, а известный (правда, в узких кругах) писатель.
В конце XIX ― начале ХХ века жил в нашем городе со своею женой потомственный дворянин, губернский секретарь Евстафий Николаевич Воронец. Семейство Воронцов родом было из Польши, то есть шляхетского происхождения. И в силу древности рода записано в четвертой и шестой частях дворянских родословных книг Воронежской, Могилевской, Смоленской и Харьковской губерний.

Рис.001

Родился Евстафий Николаевич в 1846 году. После окончания Санкт-Петербургского училища правоведения с 1866 по 1870 году учился в Московской духовной академии, высшем учебном заведении православной церкви, где готовили священнослужителей, преподавателей, богословов и служащих. Изучал быт финско-тюркских и монгольских племен Восточной России и положение православного миссионерства. Будучи в числе лучших студентов, за два месяца до окончания курса Евстафий Николаевич покинул академию по семейным обстоятельствам. Со временем Воронец стал пожизненным или почетным членом многих миссионерских организаций, а также действительным членом «Общества любителей духовного просвещения».

Следует отметить, что религиозные и политические взгляды у прожившего большую часть своей жизни в нашем городе Евстафия Николаевича Воронца были весьма своеобразные. Так, например, его нападкам подверглись картины известных художников Карла Брюллова, Владимира Маковского, Василия Верещагина и других за попытки изобразить момент воскресения Христова, прикрытый тайной даже в текстах Евангелий. Блюститель веры утвержал, что большинство иконописных и живописных изображений этого сюжета, ориентирующихся на западную традицию, не соответствуют текстам Евангелий и содержат крайне произвольную трактовку события. При этом Воронец предлагал свою иконографию воскресения, которую считал правильной. Именно по его эскизу была написана икона, которую он пожертвовал комитету по сооружению храма и часовни на месте крушения императорского поезда 17 октября  1888 года.

Рис.002

В конце августа 1894 года харьковская газета «Южный край» радостно сообщала всем своим читателям, что их императорские высочества великая княгиня Ксения Александровна и великий князь Александр Михайлович на своей свадьбе благосклонно приняли и удостоили благосклонного внимания дар харьковского жителя Е. Н. Воронца ― икону, изображающую  воскресение Христово.

журнал «Всемирная иллюстрация», №6, 1894 год
журнал «Всемирная иллюстрация», №6, 1894 год

Кстати, Воронца в «Южном крае» очень любили, периодически размещая в газете его статьи. Когда в 1895 году императорская канцелярия приняла наконец-то прошение-доклад Евстафия Николаевича о том, как надо правильно изображать иконы, а затем направила его вице-президенту академии художеств графу И. И. Толстому, Евстафия Николаевича от души хвалили и поздравляли.

Составление и издание множество брошюр духовного содержания для народного чтения также было его страстью. В основном это было переложение житий святых. Например, «Жизнеописание вероисповедницы христианства св. Поликсении», «Об Ангелах-хранителях и о подражании святым, именами которых мы называемся», «Житие св. отца нашего Евстафия, еп. Антиохийского», «Житие св. Марии Магдалины».

Рис.004

В своих трудах, посвященных миссионерской деятельности, Воронец отстаивал тезис о том, что православное миссионерство должно быть направлено не только на иноверцев, но также и на православных во всех епархиях империи. При этом он защищал идеи Николая Ивановича Ильминского о том, что ведение богослужений и обучение «инородцев» основам православия должно проводиться на их родных языках.

Находил время сей крайне деятельный и плодовитый писатель и на создание книг, посвященных буддизму и исламу. Все дело в том, что Воронец считал крайне ошибочной политику империи по отношению к этим конфессиям. Утверждал, что придание официального статуса мусульманским  и буддийским духовным лицам и учреждениям приводит лишь к укреплению позиций этих религий в империи и вредит православию. Евстафий Николаевич предлагал снять ограничения, касающиеся количества мулл и лам, но при этом лишить их официального государственного  статуса. А также желал бы упразднить Оренбургское и Таврическое магометанские духовные правления как государственные  учреждения. Эти меры, по мнению Воронца, наконец-то привели бы к снижению влияния ислама и буддизма в России.

Рис.005


Рис.006

А еще наш неутомимый Воронец был убежденным патриотом и приобрел широкую известность благодаря своим книгами и статьям, посвященным государственному флагу. Вот только некоторые названия его публикаций:

«Как Посьетовская комиссия извратила цвета народно-государственного отличительно-русского флага». «Как произошли и что означают черный, желтый и белый цвета русской государственной символизации. С образцом флага», «Какие цвета символизируют отличительные эмблемы Государства Российского», «Как произошли и что означают черный, желтый и белый цвета русской государственной символики», «Какими флагами должны украшать дома русские граждане».
По мнению самого автора, настоящий государственный флаг должен был быть только черно-бело-золотым. Свои взгляды Евстафий Николаевич ярко демонстрирует в жалобе, написанной в 1893 году начальнику Харьковской губернии.

«...В день воспоминания Священного Коронования Их Императорских Величеств, 15 мая текущего 1892 года, по доброму обычаю и постоянному дозволению начальства при доме жены моей, по Садовокуликовской, №10, коим заведую я по законной доверенности были вывешены два флага «исключительно русских» всесословных цветов: черного, оранжевого и белого в знак чествования радостного государственного русского события...»

Рис.007

Далее Воронец сообщает, что неожиданно пришла харьковская полиция и настойчиво потребовала снять символику, сообщив, что флаги таких цветов запрещены сотенным городовым. К этому (если верить автору) представители правопорядка также присоединили некие  неприличные угрозы. Евстафий Николаевич вынужден был снять флаги.

Рис.008

Однако поставил он их на самое почетное место в приемной комнате своего дома, так как считал их парадными цветами государства российского. Дале после приведения своих аргументов о том, что только флаг черного, оранжевого и белых цветов является истинно русским, Воронец пишет: «Цвета же красный, синий и белый суть не исключительно русские, а принадлежат государству французскому с 1879 года... В России же «бело-сине-красный флаг» узаконен статьею 1142 Морского устава имеющим Высочайшее утверждение специально для одних только «коммерческих судов».

Рис.009

Затем следует еще около 2 страниц текста с попытками доказать важность флага иных цветов, необходимость его вывешивать и украшать им дома, а также несколько десятков раз повторяются фразы об исключительности и «русскокости». Завершает свое прошение-жалобу Воронец крайне скромными словами: «Сознавая, что просимое мною дозволение имеет важное значение общегосударственное, я, однако, по существующим узаконениям не имею право прямо просить о нем высшие центральные учреждения, а прежде обязан обратится к Вашему Превосходительтсву, что настоящим прошение почтительнейше и выполняю».

Рис.010

В начале января 1893 года от вице-губернатора пришел ответ. Указывая, что исконно национальным является флаг красного, синего и белого цветов, Воронцу сообщалось, что его прошение было принято решение оставить без удовлетворения. Однако, судя по всему, этот официальный и достаточно аргументированный отказ совершенно не повлиял на харьковского писателя-патриота. Так как в последующие годы он исправно кропал книги на данную тему, изданные, в том числе, и в нашем городе.

Одно из значений имени Евстафий ― «уравновешенный, спокойный». Увы, не в харьковском случае. Прошли годы. Карла Брюллова, Владимира  Маковского, Василия  Верещагина и других "неправильных " художников знает и помнит значительно больше жителей нашего города, чем клеймившего их писателя. Однако такие одиозные личности, как Воронец, также являются частью правдивой истории нашего города. Ведь в прошлом Харькова немало не только хорошего, но и плохого...

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

О создании «Общества благоустройства еврейского кладбища» в 1910 году

Фейк: во Львове русский язык под запретом

«Как я стала украинской мусульманкой»

От торговли овощами до масок на Burning Man. История харьковчанина

Презентация новой книги Жадана

опубликовано

12 декабря 2017

текст

Антон Бондарев

фото

Государственный архив Харьковской области

просмотров

327

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: