О правде и вымысле в заметках харьковских СМИ начала ХХ века

Как сто лет тому назад, так и сейчас на средствах массовой информации лежит колоссальная ответственность. Ведь согласитесь, надо обладать немалым мастерством, чтобы написать о том, что произошло в конце июня 1913 года так, как это сделали журналисты харьковского издания «Жало»:

«Ветерок.

Если бы не выручал прохладный ветерок, то из дома Дмитриева по Подольскому переулку ежедневно вызывали бы карету скорой помощи.
Вследствие удушливой вони, распространяющейся по двору от места, называемого некоторыми «вальтер-клозетом», там всякий день люди падают в обморок. И только ветерок помогает, унося часть вони к соседям и на улицу, освежая задыхающихся от зловония людей».

Отчет полиции был менее витиеват и преисполнен подробностями:

Рис.001

Как следует из официальных отчетов, 22 июня 1913 года харьковскими правоохранительными органами была задержана и доставлена в участок № 4 проститутка Варвара Ковтунова, 23 лет, в форме гимназистки. При ней был паспорт и билет о явке к санитарному врачу. В силу того, что барышня работала легально, ее водворили по месту жительства в гостиницу  «Венгрия». А вот за ношение формы на «гимназистку-переростка» был составлен протокол, переданный мировому судье. В принципе, ситуация не из ряда вон выходящая. Однако  благодаря статье, размещенной в газете «Южный Край», мы с вами узнаем о харьковских «гастролях» весьма неординарной особы.

«Гимназистка.

С некоторого времени на улицах города начала появляться неизвестная молодая особа, одетая в форменное платье воспитанницы одной из местных женских гимназий. Вела она себя по отношению к мужчинам настолько вызывающе, что это невольно бросалось в глаза публике, искренно возмущающейся поведением «гимназистки». Иногда эту же особу замечали навеселе раскатывающей по городу на лихачах. Околоточный надзиратель Шелешпанов, дежуривший вчера на Николаевской площади, заметил «гимназистку» гулявшей по Николаевской площади с двумя уличными проститутками и, задержав ее, препроводил для удостоверения личности в управление пристава 4 уч. г. Харькова. «Гимназистка» оказалась профессиональной проституткой кр. Варварой Колтуновой, недавно приехавшей в Харьков из Киева. Она привлечена к ответственности за ношение неприсвоенной формы».

Рис.002

Увы, прекрасный слог и подача материала спасали не всегда ― в харьковской прессе в начале ХХ века встречалось немало недостоверной информации под кричащими заголовками, претендующей на некую «сенсационность». Ясное дело, правоохранительные органы были обязаны проверять ее. В Государственном архиве Харьковской области можно обнаружить немало дел из серии «правда-ложь». Например, документы за 1913—1914 годы весьма интересны. На отдельных белых листах аккуратно наклеены вырезки из газет с указанием издания, года, номера и числа, а рядом рукописном почерком ― объяснение реального положения дел. Благодаря этому мы с вами можем сейчас узнать о том, какие же новости, выражаясь современным языком, были «фэйковыми». Хотя стоит учитывать, что коррупция в те времена также существовала, и ряд ситуаций могли быть просто замяты.

В № 25 за 1913 год в издании «Жало» был размещен материал под громким названием «Тухлое мясо».

«Не дорого ли (20 к. за фунт) берет г. Лелюк, торгующий на Рыбном базаре, за тухлое мясо с червями?
Было бы очень полезно, если бы г. Лелюк ответил на этот вопрос через полицию, а еще лучше ― через санитарного врача».

На дворе стояло лето, солнце светило жарко. Возмущению горожан от такой новости, видимо, не было предела. Приход полиции не заставил себя долго ждать. После осмотра испортившегося товара в лавке у Лелюка, выяснилось следующее:

Рис.003

В том же году на улице Екатеринославской обвалилась стена дома. Полицией было установлено, что произошло это по вине рабочего, а полученные им при обвале ушибы врачи отнесли к разряду легких. Но не тут-то было! Газета «Южный край» ошарашила своих читателей  страшной заметкой.

«Обвал стены. Вчера, в 11 ч. 30 м. утра, на Екатеринославской ул., на постройке дома № 34, во время разборки старого дома, обвалился кусок стены пудов около ста весом и упал на ноги чернорабочему М. Бочарову. Была вызвана «карета скорой помощи». При осмотре потерпевшего у него оказался перелом левой большеберцовой кости и растяжение тазобедренного сустава. После оказанной медицинской помощи пострадавший был доставлен в Александровскую больницу для дальнейшего лечения».

Рис.004

Сейчас немало СМИ грешат страшными новостями о «бандитском беспределе» и бездействии полиции. Та же ситуация наблюдалась и более 100 лет назад. Один из летних материалов в «Жало» навевал весьма мрачные мысли из разряда «как страшно жить в этом городе».

«Грабители.

В конце Казармовской улицы, шагах в 20-ти от ворот, ведущих на Павлову дачу, есть небольшой мостик. Электрические фонари здесь отсутствуют. Пользуясь этим, всякий вечер на мостике и возле него собирается толпа хулиганов-грабителей, которые нападают на проходящих, избивают их, обыскивают и обирают до копейки. Никакого полицейского надзора здесь нет и в помине, и хулиганы-грабители чувствуют себя как дома. Ночные сторожа запуганы ими и находятся всецело в руках хулиганствующей братии.
Сторожу ведь тоже и есть хочется, и жизнь мила!
Но куда смотрят чины 2-го полицейского участка?»

Правда, если верить последовавшему затем отчету харьковского полицмейстера, то упомянутые чины 2-го полицейского участка смотрели вполне в правильном направлении. Указанных в заметке дерзких грабителей не существовало в природе, как и не поступало в полицию ни одного заявления от якобы многочисленных потерпевших. Только 8 и 11 марта за хулиганство на Казармовской улице были составлены протоколы на двух человек, которые и были привлечены к ответственности в административном порядке.

Рис.005

Популярная газета «Утро» также отличилась в августе 1913 года. Не статья, а прямо детективный роман.

«Нападения на часовых.

На днях какой-то хулиган ударил кирпичом караульного солдата, стоявшего на посту у воинских казарм в конце С. -Московской улицы.
Камень попал в грудь, и часовой часа на два потерял сознание. Была поднята тревога. Соседний с казармами сад оцеплен солдатами, но виновника обнаружить не удалось.
Часовой утверждает, что из сада на забор забрался какой-то старик, и когда солдат спросил, что ему нужно, старик пустил в него кирпичом. Аналогичный случай произошел у Гельфериховских казарм: в часового был брошен камень, к счастью, не задевший его. Камнем этим в здании, где помещается канцелярия полка, выбито окно. Виновник также не обнаружен».

В ходе расследования полиция установила следующее: действительно, 10 августа в 11 часов вечера в охранявшего канцелярию 124 пехотного Воронежского полка часового Григория Климонова неизвестно кто из сада дома Соколова и Жмудского бросил кусок кирпича. Кирпич, ударившись о решетку окна, отскочил в сторону, не задев часового. В кассе, которую стерег часовой, денег не было. Несмотря на розыски, злоумышленник обнаружен не был. Как не было и других случаев нападения на часовых. И в остальном сведения, помещенные в заметке, не соответствуют действительности.

Рис.006

Тема жестокого обращения с животными волновала жителей нашего города и сто лет назад. Неудивительно, что некоторые харьковские газеты на этом спекулировали. В одном из августовских номеров  «Жало» разместило следующую крайне жалостливую статью.

«Истязание животных.

На Валериановской улице, рядом с Москалевским депо конки, находится склад керосина городского подрядчика керосинового освещения г. Барабаша.
При доставке в склад керосина на больших платформах по незамощенной улице, едва ли не каждый вечер происходят возмутительные картинки. Изнемогающие лошади, оборвав постромки, падают среди улицы... И тут-то начинается жестокое истязание несчастных животных, которых бьют по чем попало и чем попало. И никогда здесь не видно ни одного члена общества покровительства животным.
А о степени жестокости истязаний лошадей можно судить уже хотя бы и потому, что, когда на днях такую картинку увидел какой-то конюх бельгийской конки, то даже он упал в обморок.
Случай, который, кажется, не может требовать дальнейших комментариев... Стыдно, Барабашка!»

Однако в ходе расследования оказалось, что  в обморок никто не падал, а животных не истязали, так как владелец упомянутого керосинового склада Барабаш лошадей вовсе не имел. Грузы ему доставлялись животными, принадлежащими подрядчику ломовых извозчиков Першину. Который, между прочим, слыл хорошим хозяином и в истязаниях лошадей замечен не был. Поскольку склад Барабаша находился по Валериановской улице в доме № 93 на расстоянии 50 саженей от мостовой и дорога к нему вела по сыпучему песку, доставка грузов как таковая туда была крайне затруднительна.

Рис.007

Газета «Южный Край» вообще ухитрилась попытку самоубийства списать на попытку убийства кошки.

«Случайное поранение.

Вчера, около 11 часов вечера, торговец Н. Ф. Гавриков, живущий по Панасовскому переулку, находясь в своей квартире, услышал мяуканье кошки, находившейся на крыше дома. Гавриков, взяв ружье «Монте-Кристо», отворил окно и, выдвинувшись из него, начал присматриваться, где кошка, желая ее пристрелить. В это время взведенный курок ружья щелкнул от неосторожного движения ногой и последовал выстрел, которым Гавриков неопасно ранен в лоб. Пострадавший отправлен на излечение в Александровскую больницу».

А вот вам реальность от харьковской полиции.

«3 сего июля вечером проживающий в доме матери № 21 по Панасовскому проезду мещанин Николай Гаврилов, 20 лет, торговец Благовещенского базара, покушаясь на самоубийство, нанес себе рану в лоб из ружья «монте-кристо». Поранение, по заключению врача, относится к разряду легких, причина покушения на самоубийство пока не выяснена. Дальнейшее дознание проводится».

Согласитесь, крайне обидно, когда человеку, решившему по своей воле свести счеты с жизнью, пытаются инкриминировать жестокое обращение с животными.

Рис.008Рис.008

Подымалась в публикациях и тема безопасности харьковских улиц. Газета «Южный край» предупреждала жителей нашего города, например, об «опасной вывеске».

«На доме № 1 на углу Нетеченской и Змиевской улиц, против Михайловской церкви, у самого края крыши установлена большая вывеска помещающегося в этом доме Ольгинского детского приюта трудолюбия. Вывеска эта пришла в совершенную ветхость и сильно качается от малейшего дуновения ветерка, ежеминутно грозя сорваться на головы прохожих. Средина этой вывески совершенно выржавела, и большой кусок ее болтается во все стороны. Следовало бы, во избежание несчастного случая, убрать опасную вывеску».

Вывеску так и не убрали. Ведь после осмотра полиции оказалось, что прикреплена она прочно и опасности для прохожих не представляет. С учетом того, что означенная вывеска действительно сильно заржавела, то о приведении ее в должный вид было сообщено правлению дома Трудолюбия.

Рис.009

Однако не только статьи о падении на голову горожан железных вывесок сочиняли журналисты. Ведь жизнь вообще очень опасная штука, ужасы повсюду, и сверху может упасть что угодно.

«Вопросы без ответов.

Интересно было бы знать, к разряду каких удовольствий относят живущие в доме № 4 по Рыбасовскому переулку удовольствие умышленно обливать с балкона прихожан помоями?
И если к разряду хулиганских удовольствий, то не потому ли им нравится такое развлечение, что запрещенный плод сладок?»

Реальная история оказалась куда более прозаичной. Помоями прохожих никто не обливал. Только прислуга владельцев дома на балконе выкручивала тряпки, за что на нее немедленно был составлен протокол, переданный мировому судье 8-го участка.

Рис.010

Ну. и как же без борьбы с конкурентами среди СМИ нашего города? Некоторые материалы и по сей день поражают свой прямо-таки изысканной «чернушностью». До чего же в этом плане прекрасна новость в «Жало».

«На чужой счет.

Соседи владельца дома под № 13 по Сумской улице несут излишние расходы на ассенизаторов. Всякую ночь, начиная часов с 12, возле этого дома собирается человек до двухсот газетчиков, становящихся в очередном порядке в ожидании получения №№ газеты «Южный Край». Многие толпятся здесь часов до 6-7 утра. Между тем во двор под № 13 дворник никого из них не пропускает, и они по известным надобностям вынуждены заходить в соседние дворы».

Рис.011

Вот сижу я и думаю. Если 200 человек, да еще с 24.00 до 6.00 утра... Это ж какой ежедневный прямо-таки потоп и аромат по утрам на Сумской мог бы быть. Просто фантастика! Но отчет доблестной полиции, которая была обязана реагировать на таки публикации, рассеял все мои фантазии.

«Возле редакции «Южного Края», по Сумской улице у дома № 13, ежедневно утром до 6 часов собирается около 60 человек газетчиков, получающих газеты для разноски, раздача коих производится быстро и разносчики тот час же расходятся. Во двор указанного дома никто из них не допускается, но каких-либо безобразий со стороны газетчиков не заметно и на них жалоб со стороны соседних домовладельцев не поступало. Наблюдение за указанным местом установлено».

Рис.012

Так что, как видим, и более 100 лет назад в нашем городе существовали проблемы с  журналистской этикой и стандартами, а газеты так гнались за сенсациями, что зачастую публиковали прямо-таки восхитительные небылицы. Однако, как бы там ни было, правда и вымысел в харьковских СМИ начала ХХ века ― тоже наша история. Местами весьма веселая...

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

Об известном писателе и флагах «во днях торжественных»...

Экспедиция № 8. Страх и ненависть в Синихе

Кинотеатр «Ампир», история одной девушки и одной цензуры

А нужен ли Харькову Леонид Брайловский?

О харьковской газете «Сніп» и не только

опубликовано

23 ноября 2017

текст

Антон Бондарев

фото

Государственный архив Харьковской области

просмотров

393

поделиться

[js-disqus]

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: