Стать офицеркой ООН: история харьковчанки | Накипело
Лонгриды

Стать офицеркой ООН: история харьковчанки

  • Анна Мясникова
  • Фото предоставила Анна Кирвас
  • 20 июля
  • 2801

Анна Кирвас помогает беженцам в разных странах больше десяти лет. Ее не отпугивают сложности коммуникации или тяжелые условия. Сейчас она работает в Бангладеш, в самом большом в мире лагере беженцев. О своих подопечных девушка говорит с улыбкой и воодушевлением.


Мечта работать в Организации Объединенных Наций возникла у Анны еще в школе. Но реализовать желание оказалось непросто. Первый опыт работы в международной организации у харьковчанки появился во время учебы на магистратуре в Университете Сан-Диего в 2007—2009 годах. Там она изучала политологию и параллельно проводила семинары для младших курсов. Во время практики Анна стажировалась в International Rescue Committee (IRC, Международный комитет спасения).

«Хотелось работать именно с беженцами. Я посмотрела, какие есть организации в городе, и написала нескольким. Мне ответили в IRC, пригласили на интервью и взяли», — вспоминает девушка.

Вместе с кейс-менеджером практикантка навещала семьи беженцев и проверяла, как они интегрируются в общество, какие возникают проблемы. После этого были еще шесть месяцев бесплатной практики в Нью-Йоркском офисе IRC. Там Анна помогала людям оформить медстраховку и соцвыплаты. Большинство клиентов не знали английского: иногда общались через переводчика, порой приходилось изъясняться жестами (прямо как в игре «Крокодил»).

«Помню, помогала женщине из Сомали устроить детей в школу. Ее муж и сын погибли. Мы целый день провели вместе. А потом нужно было посадить ее на поезд в метро. Мы уже должны были прощаться, как вдруг женщина достает две мандарины и протягивает мне в знак благодарности. Я отказалась: согласно кодексу поведения, нам нельзя брать никакое вознаграждение у беженцев. Приехал поезд, женщина на него села. За секунду до закрытия дверей она выскочила, всунула мне эти мандарины и зашла обратно. Двери закрываются, поезд отправляется, и она машет мне рукой. Я так и разрыдалась на платформе. Тогда поняла: ради таких моментов и стоит работать», — поделилась историей Анна.

Первая работа в ООН

Получив диплом магистра в США, в августе 2010 года девушка поступила на докторантуру в университет в Венгрии. Там она попала на практику в Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН).

«Написала им письмо, что имею опыт работы с беженцами, и что лучшего кандидата им не найти. Они ответили быстро, пригласили меня на интервью. И вот, с июня и до конца 2011 года проходила практику», — добавляет героиня.

Через год Анну приняли на должность консультантки в проект по улучшению системы убежища согласно стандартам Евросоюза, в частности для людей с особыми потребностями. Программа охватывала шесть стран: Болгарию, Польшу, Чехию, Румынию, Словакию и Венгрию. Иногда получалось совместить командировки с выходными и остаться на пару дней посмотреть новый город.

«Консультант — это еще не сотрудник ООН. Но уже получаешь зарплату и занят в конкретном проекте: в любом случае, на ступень выше, чем практикант», — улыбается девушка.

Возвращение в Украину

С началом войны на Донбассе Анна вернулась в родной Харьков. С 2015 года она работала советницей по правовым вопросам в региональном офисе ООН, охватывающем Харьковскую область и северную часть Донецкой.

«Я подумала, что неправильно помогать беженцам во всем мире, когда проблема есть в твоей стране». — рассказывает о мотивах решения героиня.

Анна и ее коллеги вели совместные проекты с волонтерскими организациями «Станция Харьков», «Пролиска» и «Славянское сердце». Они реализовывали программы помощи переселенцам и жителям на линии разграничения. Например, раздавали людям уголь и дрова перед зимой, помогали с одеждой. Ездить по прифронтовым территориям было не страшно, уверяет Анна: за ситуацией следил отдел безопасности, и при малейшей угрозе выезд отменялся.

«С волонтерами было интересно и легко работать, у них всегда масса идей. Они с такой самоотверженностью и энтузиазмом отдавали себя делу, активно помогали людям», — восторгается сотрудница ООН.

В маленьком, но дружном коллективе героиня проработала два года. А сразу после завершения контракта получила первое международное назначение (Associate Protection Officer) и уехала в Азербайджан.

«Большинство коллег остались в Украине, но я всегда знала, что еду в Харьков временно. Я хотела быть офицеркой ООН (так называют международных сотрудников), поэтому продолжала подаваться на различные позиции».

Исполнение мечты

То, что следующие два года девушка проведет в Баку, стало для нее неожиданностью.

«Я была в отпуске в Канаде. Ночью на почту пришло письмо, что меня взяли в когорту, но будут искать место. А утром позвонил один из будущих начальников и сказал: “Все, Баку”. Я в замешательстве спрашиваю: “Какое Баку?”. А он: “Да прочитай e-mail”», — вспоминает Анна.

В Азербайджане офицерка работала с кейсами по защите прав детей и защите от сексуального насилия, иногда — с заявками на убежище, не рассмотренные в миграционной службе. Анна проводила интервью с людьми и давала рекомендации, могут ли они претендовать согласно международному законодательству на статус беженца, а ее руководитель на основе рекомендации решал, удовлетворять заявку или нет. Согласно Конвенции по правам беженцев, человек может получить убежище, став жертвой преследований по признаку вероисповедания, расы, гражданства, принадлежности к определенной социальной группе или из-за политических убеждений.

В Баку нашли приют множество афганцев, чеченцев и граждан стран Ближнего Востока. Дома по разным причинам покидают женщины, мужчины и даже подростки. Кто-то не хочет выходить замуж за брата погибшего мужа или остается одна после развода (а по обычаям женщина не может жить одна), другим мешают быть вместе родители, и родственники влюбленных могут убить их за одну только встречу. Трогательные истории Анна вспоминает неохотно: переживает, чтобы не навредить людям и не рассказать лишнего, ведь защита данных в ее работе — прежде всего.

«Каждый раз сидела на интервью и думала: да какие у меня проблемы? Тут ребенку не разрешили учиться после 13-ти лет. Кого-то командиры подразделений выбрали в жены и пришли к родителям. Если им откажут, родителей могут убить, а ребенка все равно заберут, — и что делать? В такие моменты осознаешь, что повезло родиться в Украине, и сколько наша страна дает, особенно женщинам. Надо только поучиться у беженок выдержке и силе духа: переехать в другую страну без образования, учить новый язык, искать работу, воспитывать детей и сталкиваться с другими трудностями»

Проработав два года, Анна решила не задерживаться в Азербайджане. Девушке хотелось протестировать себя в более жестких условиях.

«Одно из достоинств моей работы в том, что каждая позиция предполагает разный круг обязанностей. Всякий раз учишься чему-то новому и интересному, поэтому не бывает скучно. В Баку я себя чувствовала практически как дома, мне понравилась здешняя еда, да и люди душевные, дружу со многими коллегами оттуда. А еще была возможность посмотреть Формулу-1, которая проводится здесь на улицах города. Но по окончании контракта я готова была уезжать в другое место», — добавляет Анна.

Лагерь беженцев

Чтобы стать офицеркой/ом ООН, нужно знать два языка ООН (желательно подтвердить это сертификатами) и международное законодательство по защите прав беженцев. Немаловажен и опыт работы. Вакансии и требования к кандидатам публикуются на сайтах агентств ООН.

«За свою жизнь я отправила, наверное, сотню заявок на различные вакансии в разные офисы ООН. Сразу попасть очень редко удается, желательно перед этим получить опыт в других общественных или волонтерских организациях, работающих в этой сфере», — делится опытом собеседница.

Во внутренней системе другой способ подачи заявок и рассмотрения кандидатов: здесь узнаешь место назначения на финальном этапе отбора. Так Анна попала в лагерь беженцев в Бангладеш, где работает с беженцами-мусульманами рохинджа из Мьянмы.

К условиям жизни и влажному и жаркому климату страны пришлось приспосабливаться. Вода из водопровода не пригодна для готовки, используется только для стирки и душа. В июне начался сезон муссонов, из-за которого пропадает мобильная связь с интернетом. В такие моменты приходится развлекать себя кулинарией или чтением книг. Анна отмечает: опыт жизни в 90-е с частым отключением света и однообразием в еде пригодился в Бангладеш.

«Многие товары нам привозят из столицы. Но есть продукты, которых не хватает. На карантине все постили сырники в Instagram. А здесь нет творога, жители почти не едят молочную продукцию. В выходные сама сделала творог, из него приготовила сырники. Развиваю новые скиллы. Но зато здесь много дешевых экзотических фруктов: манго, джекфрут, папайя», — улыбается Анна.

Офицерка ООН снимает квартиру в городе Кокс-Базар. Из условий главное — кондиционер и москитные сетки на окнах. В Бангладеш много комаров, от их укусов можно заразиться сразу несколькими болезнями, прививок от которых нет.

«Если от малярии есть таблетки, то от вирусов денге и чикунгуньи нет никакого лечения: все зависит только от твоего организма. Поэтому стараюсь использовать репелленты, сплю под москитной сеткой. Главное — хорошо запихнуть ее под матрац, когда ложишься спать», — рассказывает об условиях харьковчанка.

В домах часто обитают гекконы — маленькие ящерицы. В Южной Азии люди привыкли к их соседству. Если они поселились в жилье, это считается хорошим знаком. Первое знакомство с ящерицами было для героини шоком. Сейчас у девушки два питомца — Кеша и Кузя.

Из-за карантина в городе ограничено передвижение: магазины открыты по воскресеньям и четвергам, выходить из дома можно только в эти дни. Улицы патрулируют правоохранители.

«Маски нам выдают на работе. Аптек здесь нет, но есть небольшие точки, где продаются медикаменты, там можно купить и тряпичные маски. В магазине продаются санитайзеры», — описывает обстановку Анна.

Как живут беженцы

Сам лагерь состоит из нескольких поселений, они расположены в часе-двух езды от Кокс-Базара.

«Это как огромный город с населением почти миллион человек, со своими базарчиками и жизнеустройством. Некоторые лагеря находятся на расстоянии друг от друга, какие-то переплетаются с местными поселками», — объясняет девушка.

Источник: unhcr.org.

Беженцы не выезжают из поселений. Многие не умеют читать и писать. Кто владеет какими-то навыками, быстрее находит себе применение в какой-то отрасли: по очистке канав, ремонту дорог, в информационной работе. Кто получил образование, например, учителя, — работает в обучающих центрах в поселении. Часто женщины с позволения семьи заняты в общественных и женских центрах, а также медпунктах.

В лагерях нет централизованного водоснабжения и электричества. Колонки с водой и удобства — общие, они находятся на улице, но разделяются для женщин и мужчин. Еду жители готовят с помощью газовых баллонов. Ими снабжает Агентство ООН по делам беженцев. С продуктами помогает Всемирная продовольственная программа. Люди живут в убежищах из бамбука, покрытого слоем пластика для защиты от солнца и дождей. Бамбук здесь — ходовой стройматериал. Помимо жилья, из него плетут матрасы, делают загороди, а также предметы домашней утвари. Некоторые беженцы заводят огороды: семена сажают прямо возле хижины или же на крыше.

В офисе УВКБ ООН в Кокс-Базаре в разных отделах — примерно 300 человек (из них двое украинцев). Они занимаются регистрацией беженцев, вопросами защиты прав и образования. Также есть технические отделы, работающие над планировками поселений, снабжением жителей водой, постройкой хижин и т. д. Анна курирует проекты представителей общин и волонтерских групп в лагерях и помогает им отстаивать коллективные интересы. Офицерка ведет тренинги по командной работе, проект-менеджменту, гендерному равенству и правам детей.

«Моя работа — менеджерская: обеспечить, чтобы все работало. Мы помогаем общине обсудить основные проблемы, расставить их по приоритету, распланировать проект. Но сами идеи и работу до конца проекта выполняют сами волонтеры. Идеи — очень разные, начиная от тренингов по гигиене и правилам безопасности во время COVID-19, по подготовке к сезону циклонов, по объяснению прав детей и женщин, до специализированных решений. Иногда дети предлагают устроить совместные игры для поддержания духа. Мы провели для них футбольный турнир совместно с организацией Coaches Across Continents и Азиатской конфедерацией футбола. Еще один пример: в жару возле водонапорной башни собирается длинная очередь. Чтобы спрятать людей от солнца и дождей, подростки-волонтеры построили из бамбука навес. Еще популярны идеи по возделыванию коллективного огорода, при этом урожай раздают особо нуждающимся», — перечисляет занятия офицерка. 

Благоустраивать территорию помогают партнерские организации, с которыми сотрудничает ООН. Помимо курирования проектов и обучения волонтеров, они снабжают их материалами: тем же бамбуком для починки сооружений.

Из-за пандемии часть проектов в громадах направлены на защиту от COVID-19. Например, в лагерях шьют маски. Многие задачи связаны с преодолением последствий ливней: укреплением убежищ, ремонтом мостов и дорог, расчисткой территории и посадкой деревьев, чтобы не было эрозии почвы.

Точной даты окончания контракта у Анны нет, задержится ли она здесь надолго — пока не знает.

«Каждый приезд в новую страну — новое приключение. Мне такой образ жизни нравится, поэтому планирую продолжать. Я бы хотела посетить Латинскую Америку (потому что душа моя испанская) и Ближний Восток».

ПОДПИШИТЕСЬ НА TELEGRAM-КАНАЛ НАКИПЕЛО

В случае массовых потасовок на улицах города мы вас оповестим