Задолго до беседы наш герой предупредил: с ним будет непросто общаться.

Для меня это еще одно интервью, а вы можете потратить время зря, – сомневался Иван.

Мы решили не отказываться от общения с молодым ученым, который много пережил, в том числе переезд из Донецка, но не утратил чувство юмора и веру в себя.

Отношение как к «городскому сумасшедшему»

Иван Бондаренко серьезно занимается экологией около десяти лет. Его научная деятельность вышла далеко за пределы конференций и докладов в вузах. Он издает книги, изобретает приспособления для решения экологических проблем Украины. На его счету 10 патентов.

С первых минут общения понимаешь: Иван может говорить о своей работе часами. Вспоминает, как когда-то работал внештатным журналистом и даже публиковал детские рассказы – тоже на тему экологии. Но вскоре понял: профессия требует серьезного подхода.

Работа эколога, по мнению Бондаренко, похожа на работу врача.

Эта работа очень похожа на работу врача. Но врач лечит одного конкретного человека, а эколог – все человечество. Так я могу локальными действиями влиять на глобальные проблемы, – говорит Иван Бондаренко.

В то же время Бондаренко признает: наше общество до сих пор относится к экологам как к «городским сумасшедшим».

«Шлем» от болезни

Все технологии Ивана Бондаренко «заточены» на рациональное использование энергии. Например, получение электричества в доме от нагретой лампочки ― она работает, даже когда у всех соседей нет света. Или же система транспортировки отходов, не требующая ни электричества, ни водителя за рулем мусоровоза. Звучит фантастически, правда? Сам Иван смеется, когда ему говорят, что сложно представить все эти разработки в реальности. Он не скрывает: что-то и правда непросто создать, а на что-то всего лишь не хватает денег.

С нами Бондаренко поделился свежей идеей. Вместе с коллегой из Донецка он придумал устройство в виде плавательной шапочки для реабилитации людей с детским церебральным параличом.

«Когда общались с коллегой-врачом, зашла речь о том, какие врачебные приемы могут повлиять на мое состояние здоровья. Так как я реалист, то понимаю, что хуже уже вряд ли будет, да и лучше тоже. Ходить я, скорее всего, не смогу, но, как любому человеку, мне хочется хотя бы комфортной жизни. Так что мы создали устройство, которое помогает людям при выполнении сложных реабилитационных процедур. Этот комплекс представлен в виде шапочки. Да, серьезно, – улыбается Иван. – Вы же знаете, есть плавательная шапка для бассейна. Мы брали за основу именно ее, чтобы прибор было удобно использовать».

Парализованному человеку сложно сосредоточиться на выполнении физических упражнений, объясняет Иван. Для того чтобы заставить двигаться неработающие ноги или руки, надо сконцентрироваться на них, что и помогает сделать «Шлем». При этом, по словам ученого, задействуются те механизмы головного мозга, которые не включаются при обычном выполнении упражнений.

Такое устройство можно применять при большинстве видов параличей. Разработка уже запатентована. Сколько она будет стоить, пока неясно, ведь здесь многое зависит от материалов, с которыми придется работать.

Мама и дом

Важную роль в нашем знакомстве сыграла мама Ивана – Ирина Бондаренко. Она откликнулась на идею записать интервью, только все время повторяла: «Я очень сентиментальная женщина, особенно, если это касается Вани. Могу расплакаться, вы уж простите». После предварительной беседы Ирина Юрьевна пригласила нас в гости.

Ирина Юрьевна старается воссоздать уют донецкой квартиры.

Трехкомнатная квартира на окраине города, в районе Баварии. Добираться сюда непросто, но семья не жалуется. Место тихое, в пешей доступности рынок, магазины, в центр ездит общественный транспорт, хотя с Ваней добираются на такси.

Всеми силами они пытаются воссоздать здесь прежний домашний уют: перевезли на кухню мультиварку из Донецка, стиральную машину купили сами, а посуду подарили волонтеры.

Чаепитие за разговорами о будущих изобретениях.

Как только мы вошли в комнату и расположились, Ирина Юрьевна стала греть чайник и накрывать на стол, точнее – на стул. Мебели здесь не так много, поэтому комнаты выглядят просторными.

Мама разливает чай, приносит галетное печенье. Заметно волнуется, вспоминая Донецк.

Наш дом находится между аэропортом и Песками. Авдеевка еще недалеко от нас – та самая промзона, по которой бьют без конца. В общем, все точки, которые сейчас самые битые, самые обстреливаемые, находятся возле нас. По той причине мы и не можем туда вернуться, – рассказывает Ирина Бондаренко.

О весне 2014-го у Ивана остались «яркие» воспоминания.

Из Донецка ученый забрал книги и материалы для диссертации.

Я очень хорошо помню начало войны. Она началась фактически с нашего поселка. Тогда уже был захвачен Славянск, но это все казалось так: постреляют, но Донецк-то не сдадут. Ну, как можно сдать Донецк? В сознании это было из ряда фантастики. Но в один прекрасный момент над нашим домом начали летать истребители. Тут я уже поднапрягся, подумал: «Нет, что-то не то», — рассказывает парень.

Дом семьи Бондаренко находится недалеко от Донецкого аэропорта, поэтому оставаться нельзя было.

После недолгих раздумий Иван с матерью стали паковать чемоданы. Незнакомая семья из Харькова согласилась на время принять их у себя.

Мы не боялись ехать к незнакомым людям. Мы боялись оставаться. Мы ехали на вокзал, а следом падали мины, – вспоминает Иван.

Когда военные действия поутихли, Ирина Юрьевна решила вернуться в Донецк – забрать с собой пережившую сильный обстрел бабушку. Припоминает, как дончане интересовались: «Как оно там, «на Украине»? В Харькове?». По ее словам, здесь им комфортно, никто не относится предвзято, наоборот, третий год помогают.

По словам Ирины Бондаренко, Харьков — город возможностей для Ивана, но проблем тоже хватает.

«Единственная проблема ― никак не можем подобрать Ивану бассейн. Ему же тренироваться нужно, разрабатывать ноги. То бассейн на втором этаже, то мы не можем пройти через турникет. Все так построено, что невозможно пользоваться. Бывало такое, что ни один тренер не соглашается заниматься. Даже когда объясняешь, что он может сам заходить в бассейн с коляски, плавать, в подручных средствах, но сам. Только ему надо помогать выбраться из бассейна. В «Инваспорт» обращались, но у них приоритет отдается паралимпийцам и бойцам АТО», – жалуется Ирина Юрьевна.

Упорство и сила воли

Сейчас Ивану 29 лет. Он директор научной общественной организации в Харькове. В его активе – десятки идей и несколько почти готовых разработок. Ученый не сидит на месте: посещает мероприятия, встречается с единомышленниками, помогает студентам, занимается благотворительностью.

Иван Бондаренко ведет активный образ жизни, участвует в научных конференциях, консультирует студентов и аспирантов.

К нему часто обращается молодежь, спрашивают совета. Я очень смеюсь, когда его называют по имени-отчеству. Сама недавно только отвыкла звать его «Ванькой» на людях. Сейчас вот привыкаю к Ивану Валерьевичу, – смеется женщина.

Сам эколог не перестает повторять: если не развиваться, не вносить в жизнь что-то от себя, то смысла в ней не будет. Каждый может изменить свою судьбу, главное – меньше жалости к себе, больше дела.

Все мы много требуем от государства. Хочется напомнить слова одного американского президента: «Не спрашивай, что сделает страна для тебя. Спроси, что ты сделал для страны». Каждый из нас способен внести свой вклад в будущее нации. Не существует волшебной палочки, которая приведет нас в Европу. Над этим надо работать. Человек на инвалидном кресле живет в социальной среде, но среда не идеальна. Люди же не виноваты, что они где-то не могут лояльно относиться. Их просто этому не научили.

«Человек на инвалидном кресле живет в социальной среде, но среда не идеальна», — констатирует Иван Бондаренко.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

опубликовано

9 апреля 2017

текст

Алена Нагаевщук

фото

Антон Бижко, Роман Даниленков, Иван Горб

просмотров

971

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: