Мужчины, которые зарабатывают сексом

Ночные клубы Бишкека и кыргызский интернет пестрят секс-предложениями на любой вкус. И заплатить можно не только за ночь с женщиной — мужчины также активно предлагают свои услуги за деньги. О необычных клиентах, ценах и проблемах с милицией рассказывают секс-работники мужского пола.

Имена героев изменены в целях безопасности.

Марат: «Жаловаться некому, остается просто терпеть»

Марат уже четыре года спит с мужчинами и женщинами за деньги. За это время он стал тщательнее следить за своим телом: качает торс, ухаживает за своей кожей, делает себе модную прическу с выбритыми висками. Это все для того, чтобы нравиться клиентам, ведь секс — его основное средство заработка.

Марат не считает себя геем, транссексуалом или бисексуалом. Тем не менее, он спит и с мужчинами, и с женщинами. Иногда мужчины просят его переодеться в женскую одежду, и он переодевается.

Он начал продавать свое тело, чтобы не висеть на шее у своей семьи: во время учебы в университете ему не хотелось брать деньги у родителей.

О том, как он зарабатывает на жизнь, знают лишь близкие друзья. Для всех остальных он простой студент, который иногда подрабатывает в качестве модели. Марат не считает, что проституция — нечто плохое и несвойственное кыргызам; таким образом он просто зарабатывает деньги.

Хотя и безопасной его профессию не назвать. В сфере проституции нет никаких гарантий сохранности физического, морального и материального плана. Бывают случаи, когда клиенты просто не платят и кормят обещаниями «позже отдам».

И, естественно, не отдают.

«[Меня] просто отсылают, заявляя, что не заплатят. Выхода нет, приходится мириться с этим. Жаловаться некому, потому что боишься огласки», — говорит он.

Марат не собирается заниматься проституцией до старости. В этой профессии до преклонных лет никто не задерживается. Уже сейчас он чувствует, что его образ жизни начинает влиять на него — и не лучшим образом. Все заработанные деньги слишком быстро тратятся: в рабочей атмосфере начинаешь слишком часто пить и принимать наркотики.

«Отказаться можно, но тогда просто невозможно бороться с неприязнью к пожеланиям клиентов»,— говорит он. Затем добавляет, что у большинства клиентов не самая приятная внешность.

По словам Марата, сложнее всего в этой профессии транссексуалам и трансгендерам: их чаще шантажируют сотрудники правоохранительных органов. Они для милиционеров легкая добыча. Одна только угроза «твои родные узнают», и человеку больше ничего не остается, как подчиниться им.

Но и простых проституток — как женщин, так и мужчин — тоже очень часто «прессуют».

«Главное их условие: мы должны платить. Особой ненависти с их стороны в наш адрес не бывает. Все довольно просто: либо обслужи всех [милиционеров], либо плати», — рассказывает Марат, пожимая плечами.

Для него шантаж и угрозы стали уже привычным делом, потому что защиты проституткам искать негде. Тем более что его родственники даже представления не имеют, где и как он зарабатывает деньги.

Дима: «Сумма оплаты зависит от фантазии клиентов»

Дима — трансвестит. У него длинные и ухоженные волосы и тонкая талия. Он худощав, причем настолько, что если смотреть со спины, то его можно спутать со стройной молодой девушкой.

Он предоставляет секс-услуги для мужчин «совсем недолго» — около двух лет. Дима стал спать с мужчинами за деньги после знакомства с другим секс-работником. Они начали встречаться, и впоследствии он предложил ему принимать клиентов.

«В проституцию у нас люди идут сами: просто начинают предлагать себя как товар. Это касается не только парней, но и девушек. Ведь поначалу это кажется очень легким способом заработать», — рассказывает он.

По словам Димы, если не хочешь «сам себя предлагать», то во многих ночных клубах Бишкека довольно просто найти проститутку, познакомиться и уже через нее или него искать клиентов. По его словам, встретить проститутку можно почти в любом ночном клубе Бишкека.

Другой способ найти клиентов — соцсети или специальные форумы. Достаточно лишь опубликовать пару фотографий или дать объявление в интернете — заинтересованные всегда найдутся.

Из этих способов, признается Дима, он пользуется «услугами мамаши», то есть более опытной проститутки. Она и находит ему клиентов.

«Оплата начинается обычно от 200 сом и выше, в зависимости от статуса секс-работника. Есть, конечно, и такие, что за ночь берут по 1000 сомов. У меня, например, бывает и больше. У каждого своя цена, и обычно сумма оплаты зависит от фантазии клиента, понимаете?»

Дима также отмечает, что в Бишкеке есть и «долларовые проститутки», но они работают на совсем другом уровне.

Со своими клиентами он старается быть ласков, но это не всегда спасает от неприятностей. Проституция — опасная профессия. Однажды обычный прием закончился для Димы поножовщиной. Клиент пырнул его ножом, а затем скрылся с места преступления.

«Безопасной такую профессию тоже не назовешь: есть клиенты, которые сами себя не понимают. Нанимают секс-работника, занимаются сексом, а потом, грубо говоря, кончают, и у них просыпается ненависть к партнеру. Могут не то, что ударить, а напасть и избить», — рассказывает он.

Дима как бы невзначай добавляет, что нельзя считать всех проституток одинокими: многие имеют пары и даже не скрывают от них, чем занимаются. Но рассказывают лишь часть правды, чтобы не испортить отношения.

«Если это трансгендерная девушка-проститутка, то своей половинке она рассказывает об активной роли. Чтобы не ущемить эго своего партнера. Проституция, на самом деле, особенно часто встречается среди трансгендеров и бисексуалов», — поясняет Дима.

Секс-работники не любят чиновников. Несмотря на то, что они частые клиенты, у проституток есть неприязнь к ним за их лицемерие. Большинство из них с экранов телевизоров ратуют за традиционные семейные ценности, а сами имеют «по несколько постоянных мальчиков».

Амир: «Их тащит, когда их девушек имеют»

У Амира три сережки в правом ухе и две на языке. Он высокий и смуглокожий. Что-то особенное есть в его курчавых волосах, и он, видимо, об этом догадывается, раз не стрижет их слишком коротко.

Он бисексуален. Предлагает себя в социальных сетях через анонимные объявления. За час он берет 1500 сомов: если клиент приятен, то соглашается на продолжение.

Амир тщательно подбирает клиентов и предпочитает встречаться с иностранцами: «В основном это обеспеченные люди старше тридцати лет».

«Ты можешь стать популярным в этом бизнесе, если тебе от 20 до 30 лет, у тебя подвешенный язык, ты ухаживаешь за собой, занимаешься спортом и разбираешься в людях», — размышляет Амир. Вдобавок, как он отмечает, для работы в секс-сфере «нужно быть толстокожим».

Первый его опыт в этой профессии был «не совсем стандартным»: его вызвала женатая пара свингеров (людей, практикующих групповой секс с обменом партнеров).

В основном он берет заказы на секс с несколькими партнерами: предпочитает МЖМ (мужчина-женщина-мужчина), МЖЖ (мужчина-женщина-женщина) или БДСМ. На вопрос об интересных клиентах Амир делится наблюдением. За четыре года работы в секс-бизнесе он часто встречал кукольдов, парней с необычными фетишами.

«Такие парни — кукольды. Их тащит, когда их девушек имеют. Им, в принципе, не надо даже участвовать: они просто смотрят на процесс и получают кайф. Конечно, тебе неловко от самой ситуации, но ты должен это перебороть и делать свое дело», — говорит он.

Сейчас Амиру 24 года. Он мечтает открыть в Кыргызстане собственное эскорт-агентство. По его словам, для этого он сейчас копит деньги и надеется, что в будущем к секс-профессии в Кыргызстане начнут относиться нейтрально.

Инсар: «Верных мужей сейчас не осталось»

Инсар не отличается особыми внешними данными: он низкого роста, плотного телосложения. «Среднестатистический работяга» — так его можно описать. Тем не менее на его телефон через объявления в интернете постоянно поступают заказы, не реже, чем другим жиголо.

Он гетеросексуален, ему около 30 лет. Он семьянин и подрабатывает исключительно из сексуального интереса. Несмотря на то, что он женат и воспитывает детей, Инсар все равно решил встречаться с женщинами, которые звонят по объявлению.

«Я женат, и у меня есть дети, но, к сожалению, для жены у меня слишком большой темперамент. Поэтому я стараюсь ее не мучить и встречаюсь с другими девушками».

Инсар добавляет, что верных мужей сейчас в принципе не осталось — все партнеры ходят налево.

Год назад он из любопытства опубликовал объявление в интернете, на которое сразу откликнулось несколько женщин. Первым его заказом стала ночь с семейной парой — муж хотел, чтобы Инсар переспал с его женой на его глазах.

Как считает Инсар, главное в этой профессии — учитывать риски и встречаться с клиентами только на своей территории. Для этого он обычно приглашает клиентов в гостиницы. Если клиент ему кажется подозрительным, он и вовсе отказывается от заказа.

Случаются с ним и странные случаи. Однажды в процессе у Инсара с девушкой потерялся презерватив. Девушка была так разгорячена, что они продолжили процесс уже без него.

В другой раз он встретился с девушкой, но не смог согласиться на ее просьбу.

«Она хотела меня трахнуть страпоном. Я гетеросексуал, и пассивный анальный секс — это не мое. У нас все же есть выбор в клиентах — так же, как у них в нас», — заключает он.

Врач: «Многое благополучно лечится»

Врач уролог-сексопатолог Мирлан Айбашев не может рассказывать о своих клиентах из-за сохранности конфиденциальных данных. Но он не скрывает, что мужчины из такой профессии жалуются в основном на внутренние повреждения или грубое отношение.

По словам Айбашева, на проверку приходят все, и лечится практически все.

«Проблемы [у секс-работников] обычно стандартные — это воспаления и инфекции, вещи, которые благополучно лечатся», — говорит он.

Как считает сексопатолог, само явление проституции — отражение плачевной ситуации в кыргызской экономике. Нет спроса на большинство профессий, и нет работы, которая могла бы обеспечить этих молодых мужчин занятостью и постоянным заработком.

«Если бы страна была более развитая, людям не пришлось бы продавать свое тело, а потом от этого лечиться», — говорит он.

Правозащитник: «Милиционеры могут легко и просто вычислить родных и близких»

К правозащитнику Михаилу Виленски регулярно обращаются секс-работники: их задерживают сотрудники милиции, которые регулярно устраивают рейды по ночным клубам Бишкека.

«Они не знают, что делать в ситуации, когда они едут по вызову, а там их ожидает засада милиционеров. Но чем тут помочь? Говорю, ждите, когда отпустят, дайте денег. Задерживают их за хулиганство», — говорит он.

По его словам, главная цель милиционеров — это заставить секс-работников платить милиции. Для них это своеобразные шабашки. Бывает, что родные проституток не знают об их роде деятельности, и милиционеры начинают их шантажировать. То же самое случается с трансгендерными секс-работниками.

«Милиционеры могут легко и просто вычислить родных и близких [секс-работников]. Они их избивают, если те начинают сопротивляться. Требуют, чтобы платили или отрабатывали», — заключает Виленски.

Ссылаясь на опыт своих коллег-правозащитников в Кыргызстане, Виленски отмечает, что раньше в стране за проституцию задерживали не так часто, и секс-работники могли спокойно искать клиентов даже на центральных улицах.

Виленски утверждает, что только с лета прошлого года началась «эта охота на ведьм», постоянные задержания и штрафы.

Уже около полугода милиционеры неправомерно задерживают секс-работников за хулиганство.

«Раньше такого не было, и девушки с парнями спокойно работали», — говорит он.

Милиция: Шантажа и рейдов нет

Начальник пресс-службы ГУВД Бишкека Олжобай Казакбаев был удивлен вопросами корреспондента о мужчинах, оказывающих секс-услуги за деньги.

По его словам, сотрудники милиции не проводят рейды и не шантажируют мужчин-проституток. Официальных сводок с информацией об этом он также не получал.

«Не знаю даже, рейды на мужчин-проститук — не было такого. Обычно в ночных клубах если кого-то и задерживают, то лишь за хулиганство», — сказал он.

Психолог: «Они такие же представители общества, как и все остальные»

Быть мужчиной по вызову опасно не только из-за венерических заболеваний или милицейского прессинга. Психотерапевт Анна Ордули считает, что секс-работники порой также страдают от психологических проблем.

Проституция делает людей нечувствительными в физическом плане, а также становится причиной проблем у семейных пар. Из-за распространенности насилия над секс-работниками, у людей этой профессии часто развивается подозрительность, неуверенность в себе и суицидальность.

«В Кыргызстане секс-работники подвергаются насилию гораздо чаще, чем, скажем, в какой-нибудь европейской стране. И насилие это достаточно серьезное: и издевательства, и пытки, были даже случаи убийств девушек и парней».

От всего этого, и от огромного количества сексуальных связей, люди перестают что-либо чувствовать. Как считает Ордули, паранойя и депрессия секс-работников не лежит на поверхности – они могут страдать от глубоких проблем, которые не так просто лечатся. Это случается из-за того, что в профессию чаще всего попадают не от хорошей жизни. Этим людям могли причинять в детстве много боли и страданий, и у многих из них просто не остается выбора.

«Эти люди травмированы, но они не опасны для общества. Большинство из них реабилитируется со временем».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

Чужих дочек не бывает. Фильм о похищении девушек в Кыргызстане

Как я перестала оправдывать мужа и убежала

Харьков. История одного налога

Жизнь и смерть на ипподроме «Ак-Кула»

Тридцать два правила для открытия борделя в Харькове

опубликовано

18 апреля 2017

текст

Александра Титова, Дина Эдильева

фото

mapio.net

просмотров

1706

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: