Харьков глазами Григория Фёдоровича Квитки-Основьяненко

Дорогие читатели! В этом году мы вместе с вами имели счастье раз в две недели совершать удивительное путешествие в прошлое любимого города. Благодаря мемуарам Феликса Осиповича фон-Рейнгардта, чиновника Министерства внутренних дел Михаила Павловича Жданова, приезжего журналиста Александра Григорьевича Безгина, жены предателя Александры Андреевны Воронининой нашему взору представал Харьков разных эпох и с разных точек зрения. В последнем нашем путешествии этого года предлагаю увидеть прекрасный Харьков глазами того, кто был в него искренне, безумно влюблен. Пройтись по городу XIX века, у которого все самое интересное только начиналось, вместе с «экскурсоводом», чьим именем сейчас названо немало значимых мест Харькова...

С 1843 года в университетской типографии начал издаваться украинский литературный сборник (альманах) «Молодик».

Открывал первый выпуск материал авторства Григория Фёдоровича Квитки-Основьяненко «Основание Харькова. Старинное предание».Текст автор посвящал Валериану Андреевичу Квитке, а «отцом-основателем» города молодой писатель вывел собственного предка. Якобы некий Андрей Квитка, полюбив воеводскую дочь, бежал с ней из Киева в эти края и построил собственное поместье. Как-то, совершая прогулку по Университетской горке, был поражен открывшимся чудесным видом и решил основать в этом месте город.

Безусловно, не стоит рассматривать эту фантастическую историю возникновения нашего любимого города всерьез.

Рис.003

Намного важней и ценней для нас другое. Ведь в самом ее начале Григорий Федорович весьма ярко описывает Харьков и его жителей.

Рис.004

«Да, город Харьков отличен от многих губернских городов.

Взгляните на него хоть слегка, хоть со всею внимательностию; прелесть! Улицы ровные, чистые, прямые; публичные здания великолепны, частные дома красивы, милы; магазины наполнены всякого рода товарами, вещами в изобилии и беспрестанно сменяющимися новейшими, изящнейшими; не успеет что явиться в Петербурге, уже привезено в Харьков и продано. Училища, театр, гостиный двор, различные художественные заведення чего в нем нет! Сколько потребно времени пройти город вдоль ― устанешь, просто устанешь; а кругом обойти его, и не говорите, чтобы можно было в один день; это же еще и без предместий. И что в нем завидно, так это то, что в нынешнем году город был, кажется, кончен совсем; крайний двор известен; на следующий год, глядишь, уже от того двора выдвинулось в поле несколько улиц, выстроены домики и границы города изменились. Да чего? Сама Основа (не забудьте, пожалуйста, об этом; нам нужно будет вспомнить), Основа уже почти соединена с городом ― город вливается в нее. В сем году ходишь по городу, идешь из улицы в улицу, видишь домики, дома, деревянные, не только не ветхие, но еще и не старые; зайдешь туда на другой год… батюшки светы! Где я? Все это застроено новыми, каменными, уже не домами, а палатами обширными, в два, три, четыре этажа; и все красиво, мило, и все и везде наполнено народом, везде жизнь, движение, суета.... нет, именно нет во всем городе пустого, не занятого уголка.

На будущее лето вырастет из земли пятьдесят домищев в несколько этажей, каждый растянется на десятках саженей, верх еще кладут, до крыши далеко, а внизу жильцы движутся, промышляют. Стало быть, нужно строиться, есть из чего строить. Стало быть, народ прибавляется, — не покидают Харькова, а стекаются в него из разных месте. Стало быть, в нем жить привольно, покойно, удобно: мастеровому, если только не сидеть без работы; промышленнику, который удачно ведете свои обороты; купцу, сбывающему выгодно свой товар; где им защита и покровительство от начальства, так они туда роем летят. Классу людей, понимающих, к чему ведут науки, уже какое удобство обучать детей! Из каких мест не наезжают в Харькове! Расположились прожить, пока дети окончат учение, глядишь, купили дом, остались жить у нас навсегда: покойно, угодно, неубыточно, весело... что еще нужно для безмятежной жизни?»

Рис.005

«Все эти добрые христиане проводят день всякий по своему состоянию, дружно, согласно, а потому и приятно. В одном доме двадцать, в другом тридцать, пятьдесят обедают. Везде роскошь, изобилие! Лучшие яства, вина, сочные свыше плоды, серебро, хрусталь, вазы с цветами... Говор, шутки, смех, свобода приправляют обеды. Разговоры без пересудов, хотя из обедающих больше половины дам; без сплетней; рассуждения здравые, прямые; судят, рядят о музыке, литературе, произведениях искусств, прислушиваешься... суждения точные, je vous assure дельнее, чем в ином журнале.

Пришел вечер. Не сговаривались, не условливались, а все опять вместе, в театре или в благородном собрании. В театре есть на что посмотреть, есть чем заняться и потом послушать хоть и не печатных, а дельных суждений. Входите в благородное собрание... зала превосходная, огромная! Цари хвалили ее!.. Свет, блеск, многолюдство. Чинно, пристойно, весело; в толпе вас никто не теснит, кажется, заботится о вашем спокойствии. Поговорите с кем и о чем угодно; находите знание, образованность, сведения… Взгляните на прекрасный пол, сидящий на возвышении в ожидании бала. А? Что скажете? Цветник, сударь, да еще какой! Отличных, прелестных, цветочек к цветочку подобранных, благоуханных, ароматных... ну, не приберу слов; голова отупела, гляжу, любуюсь и... Наряды, убранство, ловкость во всем; все у места, грациозно, лучше нельзя придумать. Поговоривши с молодыми людьми, вас окружавшими, вы приятно провели время, насладились дельным разговором... Подойдя к цветнику, любуетесь; вот студенты, чиновники... О чем вам угодно будет поговорить, о литературе русской, французской, о музыке немецкой, итальянской, о композиторах... суд здравый, толковый, французский язык правильный, выговор чистый... Столица, право слово, столица!..
Музыка гремит, кадрили, вальсы, мазурки, все идет своим порядком. Везде грация, ловкость, пристойность, в парных разговорах острота, любезность немножко».

Рис.006

«Смешон мне наш Харьков!.. Как он упитался, как он распространился, как он разукрасился! Привлек к себе иногородних торговых гостей, ворочающих миллионами, вкоренил учение высшим наукам, сам принарядился, расфрантился, шаркает по-европейски, отплясывает французские кадрили, погуливает на многолюдных ярмарках, припасает самое лучшее из наилучшего, любезничает с дамами, не наговорится о премудрости, чванится далекою о себе славою, гордится перед своими братьями, не дает никому ступить себе на ногу, поглядывает только, как старшие его братья шапки пред ним снимают, а сам, заломя голову, руки по-столичному заложа в карманы, думает, что он и в самом деле фря какой!.. Эх, голубчик ты мой! Ну, что, как я расскажу про твое рождение, как ты рос и мужал? Каков был ты вначале и каков теперь — сравнить, так просто умора! Быль так — себе, ничего, даже и в простые городишки не норовился, а глядишь, как счастие послужило?»

Немногие описания Харькова даны с таким откровенным восторгом и восхищением. Таким был наш город, таким мы его потеряли, ну а каким будет он ― зависит уже от нас. Кто знает, быть может, через сто или двести лет некий исследователь найдет описание прекрасного, удобного и доброго места для жизни под названием Харьков?

Любите свой город, и он непременно ответит вам взаимностью...

15673555_1262160043850153_131289178_n
Фото: Иван Пономаренко

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ещё по теме:

На Южном вокзале откроется выставка военных фотографий

Харьковский Евромайдан вспомнил Героев Небесной Сотни

Румыния автостопом

Как ширину и глубину дорожных ям измерить «Киевским» тортом

Представитель спортивного клуба ВСУ завоевал на Олимпиаде первое золото

опубликовано

23 декабря 2016

текст

Антон Бондарев

просмотров

1465

поделиться

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: