Детский сад на перекрёстке

Дети из Чубурхинджи воспитываются на двух языках. В сегодняшнем мире знание более одного языка является преимуществом, однако у живущих в деревне с трехтысячным населением детей другого выхода и нет: дома говорят на мегрельском, а в школе им приходится переключаться на русский, передает chai-khana.org.

Чубурхинджи находится недалеко от Ингури. Эта река обозначает административную границу между Грузией и Абхазией. Абхазия – это расположенный на северо-востоке Южного Кавказа регион, который отделился от Грузии и в 1992—1993 годах перенес кровавый конфликт. Де-факто правительство управляет Абхазией из Сухуми, как независимой страной. Независимость Абхазии признают несколько стран, среди них Россия.

После войны, район Гали, в котором находится Чубурхинджи, оказался под властью де-факто правительства Абхазии. Здесь в основном проживают этнические грузины, родным языком которых является мегрельский. В Чубурхинджи, который на абхазском называется Хиатша, ситуация идентична.

Для детей из Чубурхинджи мультилингвизм (знание нескольких языков) обязателен. Когда они вырастут, им придется пересечь реку и перейти на территорию, контролируемую грузинами, для того чтобы продолжить учебу или найти работу. Несколько километров этой территории довольно опасны: они пройдут несколько точек, где абхазские и русские пограничники проверят их документы. Не все поездки завершаются успешно.

Почти все воспитанники детского сада «Чебурашка» говорят на мегрельском языке. В прошлом, школы Гальского района работали по грузинскому курикулуму и учились по грузинским учебникам. С академического 2016 года, обучение на русском языке стало обязательным для всех школ. При этом, для большинства живущих в Гали детей, родителей и преподавателей, русский является иностранным языком. Русский вместе с Абхазским является официальным языком региона. У этого решения есть две стороны: с одной, из-за этого происходит пресечение влияния грузинского языка и культуры. С другой, в Абхазии верят, что знание русского поможет этой молодежи в общественной интеграции.

Дети могут говорить между собой на мегрельском языке, тем не менее в школах преподают на русском.

Несмотря на попытку абхазского правительства такой странной интеграции, те дети, которые ходят в детский сад, а также сотрудники детского сада, часто переезжают из Абхазии в Грузию для поддержания семейных связей, приобретения дешевой продукции и для решения проблем со здоровьем.

8751__6
Внутри «Чебурашки»

Одна из сотрудниц детского сада Ирина (имя изменено) владеет абхазским паспортом. Паспорт дает ей возможность беспрепятственно переходить реку Ингури (на абхазском: Эгри). Она приезжает в Грузию два раза в год, чтобы навестить своих детей, которые переехали в Тбилиси для продолжения обучения.

8752__2-1
Гульназ Шубладзе, повар детского сада

Нана Тодуа, одна из преподавателей, хотя бы раз в месяц уезжает в Цаленджиху, чтобы навестить родственников. До 2014 года она пересекала границу с грузинским паспортом. Теперь же вся надежда только на форму номер 9. В отличие от Ирины, которая родилась в Абхазии, Нане абхазский паспорт не причитался.

Обе женщины признаются, что иногда абхазские пограничники требуют взятки. У Ирины деньги потребовали тогда, когда она перевозила к своим сыновьям множество различных предметов, а у Тодуа тогда, когда она привезла в Абхазию холодильник. Взятки составляют от 100 до 500 рублей (1.6 – 8$). Российские пограничники никогда не требуют денег. «Платить не тяжело, главное чтобы пропускали», — говорит Ирина. Россия официально признает Абхазию и с 2008 года оказывает помощь в обеспечении безопасности.

8753__3
Подготовка к пересечению границы

Ирине повезло, теперь ее абхазский зеленый паспорт – драгоценный предмет. В 2015 году у 13 000 жителей района Гали изъяли абхазские паспорта, с тем мотивом, что они не аннулировали гражданство Грузии. Абхазское законодательство допускает двойное гражданство только с Россией. Форма номер 9 должна быть обновлена каждые два месяца, и для жителей района Гали это единственный проездной документ.

Население больше всего пугает неожиданность. Тодуа говорит, что получить форму стало намного легче после того, как изъяли абхазские паспорта. Правила могут измениться в любой момент.

У всего этого есть отрицательная сторона. Сыновья Ирины не смогли получить абхазские паспорта тогда, когда у них была такая возможность, т.к. они хотели избежать призыва в армию. В абхазской армии в основном служат этнические абхазы. А этнические грузины сталкиваются здесь с буллингом, насилием и неравным отношением, что является результатом недоверия, вызванного кровавым конфликтом 1990 годов.

Многие пересекают линию границы незаконно. Ирина призналась, что одним из таких является ее младший сын.

«Пересечь ее легально очень сложно. Если нас поймают... Нужно перейти реку так, чтобы никто не заметил. Ночью, в дождь и ветер. Однажды, когда мой сын пришел домой, он был весь мокрый. Тем не менее люди идут на это, потому что они скучают по тем местам, где они родились и выросли».

8755__7
Директор Нана Цкарозия, на стройке по расширению здания детского сада

ещё по теме:

230 лет назад. Подземный Харьков

Видео с убийством котенка: делом займется суд

«Надеюсь, о нем будут помнить еще долго», — отец Героя Небесной сотни

Харьковский майдан вспомнил погибших героев

Перфоманс в память о Героях Небесной Сотни

опубликовано

5 января 2017

текст

Dominik K. Cagara

фото

chai-khana.org

просмотров

38

поделиться